Ничья…

– Отцов не придумывают… Отцами становятся… У мальчика всегда был отец, настоящий отец… Но ты почему – то решила, что в праве решать за него, что ему нужно – воспитание чужого мужика, трахающего его непутевую мать, или внимание и забота родной крови…

– Ты предал меня, Васель… Не пытайся, как всегда, передергивать…

– Передергивать… – снова эта устрашающая усмешка… – не слишком ли мелко для такой драмы? «Передергивать»… Словно мы обсуждаем разбитый стакан, а не разбитую судьбу моего сына.

–Нет, не смешно! Ты обманул меня! Ты спал со мной, игрался, развлекался… чтобы отдать другому… Так что тебе теперь нужно?! Разве не получил, что хотел? Ему, другому- меня, тебе- власть… Не этого ты желал?

Его ноздри злобно раздуваются. Он смотрит так, что уничтожает ее энергетически.

–Ты, наверное, забыла, детка, что продала мне свою девственность за сраную статью в газетенке, которую от силы прочитали трое задротов… Даже шалавы продают себя дороже… А ты просто дешевка… Бездарная дешевка, которой нужно было залезть в штаны к мужику, чтобы он дал ей интервью… Твой уровень даже не Диб.

Он больно ударил по ее самолюбию… Ей было больно… Почти физически…

–Чудовище… Как же это в твоем стиле, Васель… Он ни в чем не виноват… Это я тебе перешла дорогу. Это я озвучила то заявление, по своему желанию. И отвечу за свои слова. Ты убийца. Люди должны об этом знать… Так что это я открыла на тебя рот, а не он… Меня убивай, давай же… Тебе ведь не впервой.

Зло усмехнулся, полоснув по ней черным от злости взглядом.

–Поверь мне, детка, если я захочу, будешь много раз «открывать на меня рот»… Будешь делать это по первому моему щелчку, когда я только кивну в твою сторону, указав на место у моих ног…. Ты уже течешь от этой мысли, шлюха?-нагло, вальяжно развел свои ноги еще шире.

–Урод, где мой сын?– загробным голосом произнесла она, бесстрашно надвигаясь на Васеля.