Ничья…

Главное, они посадят его у руля…

Значит, все-таки он добился чего хотел… Ей больно… Ей все равно ужасно больно. И только тяжелое дыхание Карима возвращает ее к реальности. Он напряжен, ждет ее ответа.

–Значит, все же он участвовал в вашей сделке по… мне?– она понимает, что звучит жалко. А он бесится, что только это ее сейчас и волнует.

Тяжело вздыхает.

–Влада, я могу дать тебе свободу и ты сама у него спросишь, хочешь? Сделаешь это на его свадьбе или после нее, например,– он бил ее же монетой.

Она нервно прикусила губу. Дура, полная дура, даже сейчас она делает больно единственному человеку в этом мире, кто изначально был с ней искренним…

– Как ты себе представляешь нашу жизнь? – спросила она тихо после долгой паузы.

– Нормально представляю. Никаких больше вопросов, Влада. Все, что тебе нужно знать, я сказал. Решение за тобой. Здесь и сейчас. Ты либо согласна, либо нет. –Он протянул ей руку.

Она почти не колебалась. Закрыла глаза и протянула руку Кариму.

Через сутки Влада уже сидела в частном самолете в ожидании взлета в направлении, которое ей даже не удосужился никто сообщить. Ее доставили во Внуково – 3 саму, он покинул пансионат сразу после их разговора.

"Она ехала по заснеженной Москве на встречу к своей новой неизвестной жизни и мысленно задавала сама себе вопрос – почему она выбрала быть с ним, почему не воспользовалась предложением получить долгожданную свободу и начать жить своей жизнью… Что это? Страх одиночества? Страх не справиться? Зависимость от воли другого, более сильного человека? Чувства к Кариму? Или же желание доказать что-то другому, сделать ему больно… тому, кто остался в той ее жизни… У кого будет все теперь по – прежнему, будто и не было истории с Владой… Кто женится, скоро заведет детей и будет вспоминать изредка их историю, как милое приключение сумасшедшей холостяцкой поры… И зачем она теперь об этом думала… Все равно вопросов было больше, чем ответов…

Экипаж уже активно начал готовиться к полету, когда к трапу, наконец, подъехал автомобиль с Дибом.