Невместе

Мне было плохо на работе, я хотела умыться и думала, что все пройдет, а потом гул в ушах и темнота. Вопрос о том, где я и как тут оказалась, остается открытым. Но Тимуру киваю, соглашаясь на осмотр. Отказываться-то какой смысл, если еще и лучший врач.

Тимур выходит из комнаты, за что ему спасибо большое, иначе я бы просто сгорела от стыда, мне кажется, и доктор приступает к осмотру. И боже, он мне разве что УЗИ не делает, серьезно, осмотр такой, как будто меня по всем кабинетам в поликлинике водили.

Он смотрит горло, которое просто нещадно болит, к слову, слушает меня минут десять, мне кажется! Пульс, давление, глаза проверяет, уши, температуру, что-то щупает на животе, и я даже не успеваю закрыть руками все свои шрамы на нем… Осматривает шею, а потом что-то долго пишет, пока я держу градусник и жду его вердикт.

– Одевайтесь, – говорит он мне и выходит за дверь. Черт, я конечно в максимально неудобной одежде для лежания на кровати, но приходится обратно влезать в блузку, причем оперативно, потому что уже через минуту я слышу стук в дверь.

– Входите, – говорю хрипло и через боль, буквально падая на подушку, не в силах даже сидеть. Да уж, Солнцева, докатилась так докатилась.

– Значит, так, – говорит врач с порога, проходя в комнату. За ним идет Тимур, снова присаживаясь рядом со мной. У меня все еще слишком много вопросов по поводу всего этого. – У вашей девушки ангина, гнойная.

У кого, извините?

У чьей девушки? В этой комнате нет ни одной «чьей-то» девушки.

Смотрю на Тимура, но он только кладет свою руку на мою, сжимая пальцы, и продолжает слушать доктора. Прекрасно. Восхитительно. Просто потрясающе. Я пока без сознания была, замуж не вышла за него, случайно?

– Саша, – наконец-то обращается он ко мне, а не к Тимуру, называя меня какого-то черта его девушкой. Я практически нахожу в себе силы злиться. Где-то там, глубоко в душе, они точно есть. Я приберегу их на потом. – На будущее: поберегите себя во время болезни, организм ослаблен в эти дни, и ему нужен покой.