Невместе

Воздуха не хватает, и я выдыхаю последний кислород из легких с громким стоном, окончательно расслабляясь.

Тимур догоняет меня в пару толчков, утыкаясь носом в мой затылок.

Его руки все еще гуляют по телу, сжимая и аккуратно поглаживая, а губы то и дело касаются волос, уха, виска и щеки.

– Не смей уходить, – шепчет он, переводя сбитое дыхание. Заранее отрезает мне пути отступления, зная, что я и правда собиралась уйти.

Но… Не хочу теперь. Пусть больно будет потом, а сейчас пусть будет очень сладко.

Я поворачиваюсь в руках Тимура к нему лицом и сама целую его в губы, доверчиво прижавшись всем телом.

– Не уйду, – шепчу в губы и снова целую.

Сегодня я и правда никуда не уйду.

Глава 23

ТимурКоторую ночь подряд мне снится секс с Сашей. Всю неделю, что она болела и мы спали вместе, я выживал только на этих снах и крепких объятиях. Потому что до болезни Саша ближе не подпускала, а во время, конечно, ей было не до этого.

Но до этого дня сны мои были чистой фантазией, а вот сегодняшний сон уже гораздо более чувственный.

Я даже сквозь сон чувствую, как меня распирает от желания, и пытаюсь проснуться, чтобы взять Сашу еще раз, пока она не встала и не начала говорить, что все это было ошибкой.

Но Саша во сне целует мой торс и проводит по нему коготками, и вырваться оттуда я просто не нахожу в себе сил. Эта Солнцева – сплошной огонь, даже во сне творит что-то невыносимое.

Слишком хорошо. Уже чересчур. Таких ярких снов у меня еще не было.

Или…

Открываю глаза ровно в ту секунду, как Саша садится на меня. Че-е-ерт! Это реально не сон или он просто слишком реальный?

Протягиваю руки, сжимаю ее бедра, веду до талии, груди, касаюсь всего восхитительного тела, наконец-то понимая, что это реально не сон.

Мы не закрыли шторы вчера и не оделись, отрубились в объятиях друг друга, и это точно было лучшим решением.

Саша, двигающаяся верхом на мне в свете утренних солнечных лучей, – лучшее, что я видел за последние черт знает сколько лет. А ее инициатива – это сумасшествие. Я уже могу считать, что она сдалась? Раз сама решилась начать наше утро вот так сладко.

Она двигается чуть рвано и трогает свои волосы, стонет так вкусно, что я готов есть эти стоны на завтрак, обед и ужин до конца своих дней.