Няня для родного сына

Зимин замолчал.

– Блокирующий пакет акций, – нахмурился адвокат, словно прикидывал в уме возможные варианты. – Ему потребуются гарантии, что вы его не обманете.

– Какие?

– Этого я не могу знать.

– Но вы можете проверить документы?

– Разумеется. Но я не намерен так легко отдавать ваше наследство!

– Поверьте, легко оно не достанется.

Зимин пристально посмотрел на меня.

– Есть что-то, чего я не знаю?

– Бабушка предупреждала, что от Роберта Щегельского лучше держаться как можно дальше.

– А вы решили засунуть свою голову в пасть льву? – подытожил Зимин.

– Что-то типа того. Так вы ещё думаете, что мне стоит искать свои возможности?

– Я думаю, что нам всем пора начинать молиться. Хотя я верю только в закон.

Закон. Я ухмыльнулась. Закон на стороне тех, у кого есть деньги. Но теперь у меня появилась крошечная надежда уравнять шансы. Я, действительно, готова отказаться от наследства, на которое, по сути, не имею никакого права, лишь бы только Лехман помог вернуть мне Кирилла.

Я ему не верила.

С нетерпением ждала, когда позвонит Лехман или Зимин, с мольбой глядя на молчащий телефон.

Лехман позвонил ровно через неделю, предложив встретиться в том же кафе. Ему понравился внешний вид из окна. Когда только успел рассмотреть?

Решила предупредить Зимина о встрече, но Олег Васильевич был уже в курсе. Дядюшка сам настоял на присутствии адвоката. Буду надеяться, что и в остальном он будет таким же открытым.

"– Вероника, я проверил информацию, учитывая те сведения, что получил от тебя. Всё верно в тот день, даже в один час родились два мальчика. Оба Кирилла. Но от второго мальчика мать, Куропаткина Марина Степановна, отказалась. А вот дальше получается интересное. Тебе сообщили, что твой ребёнок скончался. Все документы, результаты анализов, МРТ, и прочего совпадают с теми, что я уже получил. НО! Вес малышей отличался. Медсестра сказала, что произошла ошибка, день был суматошный, и они просто перепутали записи в бумажном журнале.

– То есть, получается, тест ДНК не проводился? – спросила.

– Получается, что нет.

– А проверить, чьё имя записано в документах?

– Не имеет возможности.