Няня для родного сына

"

"Мартин позвонил через неделю. И как-то незаметно для себя я привыкла и ждала его редких звонков и встреч, прекрасно понимая, что он не всегда может быть свободен.

Мы быстро стали близки. Наши свидания стали похожи на встречу двух истосковавшихся друг по другу людей, даже если мы расстались только вчера. И тогда я не обратила внимания, что Мартин снимал довольно дорогие для обычного водителя номера. Но в тот момент это не имело значения.

Были только он и я.

Ба обозвала меня идиоткой, когда я назвала имя и фамилию того, с кем встречаюсь.

– Ты бы хоть в интернете посмотрела, кто он такой! – сетовала ба, качая головой.

– Ба! С чего ты решила, что о нём есть информация в интернете?

У Мартина была страничка в инстаграм, на которую он почти не заходит.

– Господи! Вот верно говорят, что любовь слепа! Ника, очнись! Кто тебе сказал, что Мартин Щегельский – обычный водитель?

– Я сама видела, как он вёз какого-то важного мужчину.

– Вот этого? – ба развернула ко мне ноутбук. Она умела им пользоваться, несмотря на то, что часто просила сделать что-то за неё.

– Да, – протянула. На меня смотрел тот суровый мужчина, которого я уже видела.

– А вот это твой недоделанный «водитель»? – с кривой усмешкой ба показала фото Мартина.

– Да, – прошептала, понимая, что явно что-то не так.

– Поздравляю тебя, Ника! Из всех мужчин на всём земном шаре ты умудрилась влюбиться в единственного внука Роберта Щегельского!

– Ты его знаешь? – спросила у бабули.

– Лучше бы никогда не знала! И чем быстрее ты выкинешь из головы своего Мартина, тем меньше будешь страдать!

– Но, ба! – возразила со всей горячностью. – Всё не так! Мы любим друг друга!

– Ника! У вас может и «любовь», хотя я больше склонна поверить в физиологические потребности и бешеное буйство гормонов, – с сарказмом сказала ба, нисколько не заботясь о моих чувствах.

– Но, ба?!

– Ника! Роберт уберёт тебя как невидимую пылинку со своего идеально чистого пиджака, а Мартин даже и не вспомнит о тебе на следующий день!

Глава 10.

Воспоминания одно за другим мелькали в памяти.

Бабуля опять оказалась права.