Невыносимое одиночество

В подвале было очень холодно, но на нее холод, казалось, не действовал.

Прошел целый час, и ему, наконец, удалось переставить балки в указанное ею место.

Она горячо поблагодарила его, и они пошли обратно.

Микаел совсем окаменел от холода. Она, как обычно, проводила его до ворот.

— Увидимся завтра, — сказал он. — Я приду навестить Биргитту.

Ему показалось, что на ее лице появилась гримаса.

— Не забудь про каретник, — напомнила она. — Я подам тебе знак, когда ты сможешь свободно зайти туда.

Микаел кивнул, по-прежнему неприятно пораженный враждебностью и скрытностью обитателей дома.

Они попрощались. Микаела ожидали тревожные сны. Эта ночь была куда хуже остальных. Он переживал теперь трудные времена, все вокруг казалось ему сплошным ненастьем, кошмаром и издевательством. Словно сама снежная королева схватила его своими ледяными руками, посмотрела ему в глаза и поцеловала его в шею, высосав из него все тепло.

Небольшому шведскому подразделению делать было особенно нечего, люди не знали, чем заняться.

В своем нетерпении снова увидеть Биргитту, Микаел вышел из дома слишком рано. Проходя по городку, он понял, что не может появиться в поместье в такой ранний час, тем более, что Стейерхорны любили по утрам поспать.

Он давно уже приметил небольшую башню, одиноко возвышавшуюся на фоне неба вблизи имения. Такого типа церковные колокольни были распространены в ливландских городках. Сама же церквушка, по виду напоминавшая капеллу, находилась на территории имения: в то время было принято, чтобы в больших имениях была собственная церковь. Вокруг нее не было тропинок, в окнах зияла пустота. Микаел заметил даже отвалившиеся камни на одной из стен.

Его всегда интересовали старинные здания. И у него появилось желание осмотреть эту капеллу.

Но ему не хотелось проходить по территории имения — даже постучать в ворота и пройти через парк казалось ему своеволием. И он нашел более короткий путь: через крестьянские дворы, которые явно были брошены, как и все дома в округе.

Низкие домишки с покатыми крышами. Нет, над одним из них вился дымок, значит, здесь кто-то жил.