Незапертая дверь

Хочешь?

- Хочу, - с отчаянием готового к смерти камикадзе ответил Юра. - Вот сядь и отчитайся, что ты сегодня полезного сделала по убийству водителя в Сокольниках.

Настя села напротив него, закурила.

- Я, любезный начальник, пришла к выводу, что человек не в силах переломить ход событий, если этот ход предначертaн свыше.

Коротков вытаращил глаза и чуть не поперхнулся соком, который пил из высокого стакана.

- Ты чего несешь, подруга?

- А того. Я сегодня провела немало времени в обществе Натальи Александровны Вороновой и поняла, что убийством члена ее съемочной группы нам все равно пришлось бы заниматься, не сегодня - так завтра, или через месяц, или через два.

- Это как же тебя понимать?

- Понимаешь, Юрик, если бы не убили водителя Тимура, то убили бы кого-нибудь другого. Например, актрису Ирину Савенич. Или сценариста Нильского. Или саму Воронову. Или еще кого-нибудь мужского пола. Дело в том, видишь ли, что исчезнувшая Яна Нильская безумно, до истерик и на потеху всей съемочной группе ревновала своего мужа Руслана к актрисе Савенич.

- Этого обрубка? - Коротков в изумлении вскинул брови. - Он же ей до пупка не достает.

- Кому это - ей?

- Да Савенич. Она здоровенная, как я не знаю кто, выше меня даже."

"- Удивил, - усмехнулась Настя, - я тоже выше тебя. А откуда, кстати, тебе это известно? Ее же не было в Сокольниках, когда ты туда с группой выезжал, она в тот день не снималась.

- Все-то ты знаешь, умная больно, - обиделся Юра. - Тебе разве не сказали, что через час после приезда опергруппы Савенич примчалась в Сокольники? Ей Воронова позвонила, и она тут же прилетела.

- Зачем?

- Моральную поддержку оказывать. Воронова с Савенич - не разлей вода, подружки, едрёна матрёна. Одной тридцать, другой полтинник, двадцать лет разницы, вот ты мне объясни, что между ними может быть общего?

- Не преувеличивай. Вороновой всего сорок шесть, а Савенич - тридцать один. Там длинная история, они в одной коммуналке много лет жили, у Савенич родители были проблемные, отца посадили, мать спилась, Воронова ее фактически с самого рождения пестовала.

- Знаю, - буркнул Коротков, наливая себе еще сока из литрового пакета. Что бы ни случилось, Воронова будет ее покрывать. Или Савенич Воронову, что сути дела не меняет.