Незапертая дверь

В конце концов, сегодня вечером Руслан и Яна Нильские прилетят в Кемерово, и можно будет все вопросы задать самому Руслану. Все равно придется с ними встречаться, чтобы определиться с таинственным Бесчеревных Николаем Филипповичем, вид могилы которого поверг Яну в такую истерику, что она даже в Москве оставаться не захотела. А ведь утверждает, что не знает, кто это такой...

Глава 15

Четверг, 21 июня, начался для Насти Каменской относительно спокойно и даже, можно сказать, удачно.

За три предыдущих дня ей удалось довольно полно (как она надеялась) очертить круг людей, знакомых с рукописью Руслана Нильского, кое с кем из них поговорить, в частности с Натальей Вороновой и Ириной Савенич, а с остальными условиться о встрече как раз сегодня, в четверг. Депутата Евгения Фетисова она решила пока не трогать. Может так случиться, что беседы с людьми, читавшими роман Нильского, дадут ей в руки ниточки, тянущиеся к этому государственному деятелю, тогда можно будет подумать о том, как его разрабатывать. А пока рано, пока идти к нему не с чем."

"Результаты баллистической экспертизы еще не пришли, Андрей Константинович Ганелин все еще томился в камере, и Настя с чистой совестью занималась не только делом об убийстве Тимура Инджия, но и остальными убийствами, которые ей отписал новый начальник, в том числе и ""убийством на почве межнациональной розни"".

Поскольку место и время совершения всех нераскрытых убийств, жертвами которых пали кавказцы, было известно, оставалась ""сущая малость"": примерить к ним убитого на прошлой неделе Антона Плешакова. Что это значит? А очень просто: путем опроса многочисленных свидетелей восстановить всю жизнь Плешакова за минувший месяц, дабы выяснить, на время каких убийств у него есть (вернее, было, поскольку он уже умер) твердое алиби, а на какие - нет. Иными словами, сузить круг поисков. Задачка для дураков. То есть понятно, что и зачем нужно делать, но совершенно непонятно, как. Человек сам про себя-то не всегда может с точностью сказать, что он делал и где был три недели назад между двадцатью часами и полуночью, а уж его знакомые...