Невеста-обманщица

Дуглас чувствовал, как в нем закипает раздражение, и потому счел за лучшее молчать.

— Господь наградит тебя долгими летами, — в голосе Райдера зазвучал пафос, — я очень уважаю тебя и всей душой благодарен Господу за то, что именно ты являешься четвертым графом Нортклиффом, шестым виконтом Хаммерсмит и девятым бароном Сэндерлей. Благодарю тебя. Господи, что меня миновала чаша сия.

— Я тоже уважаю тебя, Дуглас, — сказал Тайсон. Из тебя получится прекрасный граф, виконт и барон, и я думаю, тетя Милдред и дядя Альберт придерживаются того же мнения.

— О, ну хоть бы ты оставил меня в покое! — Дуглас встал со стула. — Помолись за меня, братишка. Райдер, наша встреча была плодотворной. Я поговорю с твоим портным и попрошу его, чтобы он зашил тебе одно место в штанах.

— Смотри, не напугай бедного Тинкера до смерти.

— Но не могу же я просить об этом горничных. Готов поклясться, что ты нарушишь наш договор, если кто-нибудь из них попытается сделать это, особенно, если она будет молода и хороша собой.

— Бедный Дуглас, — сказал Райдер вслед удаляющемуся брату.

— О каком это договоре он говорил? — спросил Тайсон.

— Мы поклялись, что не тронем ни одной женщины из тех, кто нанимается работать к нам в дом. Когда ты избавишься от своей любви и твои мозги встанут на место, мы просветим тебя по всем этим вопросам.

Тайсон предпочел больше не вступать в спор.

Надо быть выше этого. Скоро он станет викарием, его дела и помыслы должны быть возвышенными. К тому же он не мог припомнить ни одного случая, когда бы он победил в споре со своими братьями.

— Кажется, эта девушка, которую хотят ему сосватать, действительно замечательная.

— Все они замечательные, пока не станут женами, — ответил Райдер, покидая гостиную.

В холле, облокотившись на испанский столик черного дерева, с невинным видом стояла Синджен и что-то насвистывала. Она умолкла, увидев, что Райдер ее заметил.

— Ну, как прошла встреча? — безразличным голосом поинтересовалась она.

— Держи свой язык за зубами, детка.

— Послушай, Райдер, мне и правда еще мало лет, но я ведь не глупая.

— Ну ладно, не обижайся.

— Как поживают твои возлюбленные?

— Прекрасно поживают, благодарю за заботу. Но тебя это не касается.

— Все, молчу. Не бойся, я не проболтаюсь. — Она послала ему воздушный поцелуй и направилась в сторону кухни, продолжая насвистывать. “Если ее переодеть, — подумал Райдер, — то ее вполне можно принять за мальчишку”.