Невеста на продажу

Все потому, что Бес, схватив меня за затылок, резко привлек к себе и запечатал губы поцелуем.

Неожиданность и шок парализовали меня. Несколько мгновений я просто стояла без движения, позволяя мужу все. Не знаю, как целуют другие мужчины, но Бес словно устанавливал превосходство надо мной, показывал, кто здесь хозяин. Жесткие губы сминали мои. Руки держали как тиски, пальцы впивались в кожу.

Бес целовал меня не потому, что хотел, а потому, что мог. Вряд ли поцелуй доставил ему наслаждение, скорее моральное удовлетворение.

Именно эта мысль привела меня в чувства. Я дернулась и уперлась ладонями в грудь мужчины. Не хочу! Пусть даже поцелуй на миг заставил меня почувствовать себя женщиной — что-то такое встрепенулось в душе, отозвалось, но я тут же затолкала это поглубже.

Просто это первый поцелуй в моей жизни. Только и всего. Я отреагировала на новые и необычные ощущения.

Натолкнувшись на мое сопротивление, Бес отстранился и заглянул мне в лицо.

— Хватит! — я попыталась скинуть его руки с себя, но кто я и кто он. Естественно, ничего из этого не вышло. Бес по-прежнему держал меня в объятиях, и я чувствовала: мужчина уже готов к продолжению.

— Амброзия еще не подействовала, — сразу догадался он.

Я подумала: вот сейчас все решится, он меня отпустит.

— Ничего, такое бывает, — пробормотал он.

Что значит — бывает? То есть первая брачная ночь для невесты не обязательно проходит под любовным напитком? Видимо, иногда все случается иначе — больно и жестко.

Я боролась за сорочку так, словно от нее зависела моя жизнь. Под тонкой тканью ничего нет, только мое обнаженное тело. Не хочу, чтобы Бес смотрел на меня, не говоря уже о том, чтобы трогал.

Я молотила мужа по груди кулаками, но он с легкостью отбрасывал мои руки в стороны. Пыталась укусить. Увы, тщетно. Мои пинки тоже его не беспокоили. Мне нечего было ему противопоставить.

Ткань трещала недолго. На самом деле, Бес порвал ее практически в одно касание. Вскоре на мне остались лишь обрывки некогда ажурной дорогой сорочки. Это немного подорвало мой боевой дух, но я по-прежнему была далека от того, чтобы сдаться.