Невеста на продажу

Никакого насилия. Иначе можно вызвать волнение в массах, а это завоевателям невыгодно. Они предпочитают платить. Благо всегда найдутся желающие продать себя или своих близких. В тех условия, в которые нас поставили, это неизбежно.

— Тебе письмо, — Дэнни — мой младший брат — нашел меня в гостиной и протянул запечатанный конверт.

Я взяла письмо и растрепала волосы мальчишки. Ему всего девять, в этом году он пойдет в учебное заведение. Образование у нас стоит дорого. Мы с матушкой головы сломали, думая, как за него платить.

Я узнала о содержимом конверта по вензелю, и меня передернуло от отвращения. Приглашение на смотрины. Даже открывать не буду.

Я поднялась и направилась к камину сжечь ненавистное письмо. Но тут насторожилась мама.

— Что это? — она встала у меня на пути. — Дай-ка взглянуть. Да это же приглашение! Тебя сочли достойной.

— Я просто вошла в подходящий возраст. Только и всего. Я туда не поеду. Выбрось письмо.

Мама забрала у меня конверт. Я надеялась, она от него избавится. Но опыт с моими сестрами ничему ее не научил.

Она увидела возможность. С тех пор ее было не остановить. Я оглянуться не успела, как все завертелось. Вот она приняла приглашение, и меня уже готовят к смотринам.

Наступил тот самый день. Я не горела желанием превращаться в живой товар, поэтому всячески бойкотировала сборы.

Жаль, у меня нет магического дара. Он бы сейчас пришелся весьма кстати. С его помощью я могла бы сбежать, а без него и надеяться не на что.

Повитуха, принимавшая роды у матери, утверждала, что я появилась на свет с магическим свечением вокруг головы, но венец мага продержался всего несколько секунд, а потом погас.

Может, его и не было вовсе. Повитуха была старая и подслеповатая, мало ли что ей привиделось.

— Чего ты там возишься? — мама раз в пятый заглянула ко мне в спальню и застала меня в платье, но с растрепанной головой. — Что с твоими волосами? Почему ты до сих пор не причесана?

— Не хочу, — отмахнулась я. — Пойду так. Пусть женихи разбегаются в ужасе при виде меня.

— Тогда я сама тебя заплету.

Садись, — мама чуть ли не силой усадила меня на стул, а потом принялась расчесывать волосы. Драла их так, что я то и дело ойкала. — Ты же у меня красавица, как и твои сестры. Отбоя от женихов не будет.

— Мама, а ты любила нас когда-нибудь? — спросила я, глядя в зеркало на наши отражения."

"Она вздрогнула. Проворчала себе под нос что-то наподобие «я и сейчас вас люблю», но в глаза не смотрела. Она не была чудовищем. Никогда нас не обижала.