Невеста на продажу

Единственное, чего я боялась в тот момент — что Бес остановится. Если он сделает это, если найдет в себе силы отказаться от меня, я, наверное, умру. Ничего и никогда я так сильно не хотела в своей жизни как продолжения этих поцелуев."

"Все так запуталось между нами. Еще недавно мы были врагами, вынужденными сотрудничать. И это было просто и понятно. А кто мы теперь? Нас держит вместе созданная мной связь и действие Амброзии. Если их не станет, кем мы будем друг для друга? У нас же ни одной точки соприкосновения! Разные миры, культуры и ценности.

Ничего общего. Что же мы творим?

Бес прервал поцелуй, его губы скользнули по моей шее к вырезу платья, и я взмолилась:

— Еще… прошу…

— Уверена? — он заглянул мне в лицо.

Зрачки мужа так расширились, что полностью закрыли радужку. Сейчас глаза Беса были не красными, а черными. От этого взгляда полного страсти у меня дрожали колени. Но не от страха, а от предвкушения.

Во мне произошла поразительная перемена — мне нравились глаза легионера и нравился его запах.

Не знаю, когда именно это случилось, но сейчас мне все казалось идеальным в муже.

— Да, — выдохнула я, — уверена.

Еще последнее слово не отзвучало, а Бес уже подхватил меня на руки. Легко поднял, будто я ничего не вешу. До чего же он сильный! Со мной на руках муж направился в спальню, при этом покрывая мое лицо поцелуями. Шаг — поцелуй, шаг — поцелуй. Короткие, жалящие прикосновения, от которых у меня внутри все переворачивается.

По пути он закрыл дверь, оставляя Мрака в гостиной.

Волкодлак заскулил, но мы не обратили внимания.

Около кровати Бес поставил меня на ноги, чтобы раздеть. Его руки были повсюду: развязывали шнуровку, задирали юбку, стягивали платье с плеч. Муж торопился и был неаккуратен, ткань трещала под его натиском и рвалась, но мне было все равно. Сохранность наряда заботила меня в последнюю очередь.

Я опомниться не успела, как осталась в одной нижней сорочке. Бес снова притянул меня к себе, прижался губами к виску и прошептал:

— Не могу больше ждать…

Я вздрогнула от затаенной боли в его голосе.

Наша вынужденная разлука измучила его. У меня от сострадания сжалось сердце. Я привстала на носочки, взяла его лицо в ладони и прижалась к губам в поцелуе. В ответ Бес судорожно вздохнул. Впервые я поцеловала его сама. Для него это многое значило.

Муж все еще был одет. Непорядок. Я потянула его рубаху вверх, и он послушно поднял руки, позволяя себя раздеть. Затем пришел черед пояса. С ним пришлось повозиться.