Счастье по рецепту

– Только, я же, вроде, с ними приехала, - кивнула она в сторону Матвея и Людмилы. – Не рассердятся, что я убегу в лес?

- Нет, конечно. Только скажи, куда мы, чтобы альфа за гостью не переживал.

Неожиданное предложение оказалось весьма кстати – Бланка давно настойчиво намекала, что пора и ей дать свободу.

- Матвей, мне Катя предложила выпустить зверя и дать ему волю. Она сказала, что пойдет со мной, так что, дальше вы езжайте без меня.

- Правильно, - одобрительно кивнул Матвей. – Зверю тоже нужна прогулка.

Миг – и перед пораженной Аней стоял большой бурый волк. Бланка восторженно заскулила, требуя немедленно её выпустить.

Ещё миг и рядом с бурым стояла  белоснежная волчица.

- Луна, какой у тебя потрясающий зверь! – ахнула Катя. – Ну, я так думаю, альфа лучше меня покажет тебе все интересные места.

Моррон пригнулся, приглашая Бланку следовать за ним, и взял с места крупной рысью.

Белая самка изящно потянулась и бросилась догонять самца.

Кипящая от бешенства Людмила дернулась, пытаясь перекинуться, и споткнулась о злой взгляд и тихое рычание Геннадия и Кати. Они дружно, не сговариваясь, дали понять  - ей лучше сесть в машину и ехать назад в дом.

Бланка бежала, с восторгом втягивая запахи. Там затаилась ящерица. Глупая, ты в безопасности, волки вами не питаются! А это – старый след зайца. Длинноухий, ты попал! Если есть старый след, значит, найдем и свежий!

Волчица звучно лязгнула зубами, вспоминая восхитительный вкус только что пойманной добычи.

Свой запах был у земли, у каждого куста, пригорка и ложбинки, мимо которых лежал путь зверя.

И, перебивая всё, окутывал, обволакивал аромат сильного самца.

Моррон был хорош – в полном расцвете сил и лет, мощный, но не грузный, крупный, но не громоздкий,  с плавными движениями, острым и внимательным взглядом чуть раскосых зеленых глаз.

Бланка с удовольствием провела носом по шее волка и чихнула ему в ухо.

Какой экземпляр!!!

Почему, ну, почему – и этот волк – не ее истинный?

Друг, брат, альфа – кто угодно, только не тот, от запаха которого сводит все внутренности и хочется бежать вприпрыжку, валяться, вилять хвостом и вести себя ошалевшим щенком.

Она – бракованная? Столько лет, столько встреч – и всё впустую!

Моррон, казалось, тоже был разочарован, но сдерживал огорчение, стараясь успокоить волчицу. Ткнулся мочкой носа в скулу, в шею, лизнул в нос.