Счастье по рецепту

Луна, за что ей все это?

От недоедания и работы на грани возможности, Людмила сильно похудела.  Плакать сил не было, по вечерам она едва доползала до своего топчана. Не было сил и злиться. Хотелось есть и спать.

Какая же она была дура, разве ей плохо жилось? Что же она натворила?

Демид не был уверен, что глава рода пожелает взять на перевоспитание такую обузу, поэтому, выслушав предложение Матвея, ответил, что должен сам переговорить с родными.

Но он же совсем недавно обрел пару, оторвать его от Анны не было никакой возможности.

Верховный крякнул, покрутил головой и отправился звонить.

Через день Демид с Анной летели самолетом МЧС вместе с Евгением Зинчевым. То есть, министр направлялся по своим делам, а почему согласился прихватить попутчиков – никто не знал.

Возможности Верховного, временами, поражали…

Из Иркутска дальше отправились вертолетом, который высадил путешественников в глухой деревушке. До поселка отшельников добирались по реке на моторке, а потом бежали волками почти пятьдесят километров.

Родичи встретили пару Демида с радостью, Анна понравилась и хозяйственностью, и статью, а уж от её Снежки отшельники были в полнейшем восторге. Разговор о проштрафившейся Людмиле вышел непростой, но результативный.

- Дёма, у нас  три волка без пары, не хотят самки в глухомань ехать, а своих нет подходящих, и в соседнем поселении, за Красноярском, все волчицы еще щенки несмышленые.

- Альфа, перевоспитается ли? Избалована, руками, отродясь, ничего, кроме ложки, не держала. Достанет всех капризами. Какой толк от пары, если она ничего не умеет и не хочет? Самой нянька требуется, а тут  нахлебникам не место."

"- Свежий воздух и пустой желудок очень быстро  мозги на место вправляют и руками пользоваться не только для держания ложки учат, - ответил седой Прон. – Привозите на три года. Год будет без зверя жить, работать, сама себя обслуживать – как сумеет.

- А не выйдет?

- Куда она денется? Я родову её знаю, они же из Западно-Сибирского клана, почти соседи. Бабку знал, деды, оба – хорошие волки были. А что брат сестру такой вырастил – не её вина и не её предков. Потакать проще, чем учить, разрешать легче, чем разумно запрещать.

- Альфа, ей за восемьдесят уже.