Счастье по рецепту

– Так-то, приходится нанимать человечек из села, живут по неделе, чистят стайки, кормят, доят, а теперь этим ты заведовать станешь, чужие нам без надобности.

Людмила открыла рот, чтобы повторить  самую употребляемую ею фразу за последние три дня – «я не умею!» - но под тяжелым взглядом Прона сникла.

Милочку заперли, она её даже не ощущала. Зато в полной мере ощущала энергетику Прона. Волк давил на неё морально, возражать или ослушаться – если только она  решит покончить  с жизнью. Сопротивляться этому оборотню было невозможно, она попробовала один раз, потом, когда перестала визжать от боли, выворачивающей всё её тело, чуть не ползком бросилась выполнять приказ.

Эти дикари, оказалось, сохранили умение воздействовать на сородичей.  Не все – самые сильные самцы и только в исключительном случае. Если что-то могло заставить Людмилу  беспрекословному подчинению, то только такая демонстрация. Да её  за всю жизнь никто ни пальцем, ни клыком не тронул, а тут…  Пожаловаться некому, защитить некому.

Вывод она сделала моментально – хочешь жить – слушайся.

- Скотина у нас на заимке, совсем рядом, если идти мимо ельника на восток – в трех километрах, - продолжал говорить Прон. – Там изба, поменьше, чем эта, но тебе одной хватит. Изба, значит, стайки, где коровы, дровяник, большой сенник, погреб и лабаз для продуктов. Твое дело –  доить, выгонять и загонять коров, следить, чтоб их медведь не прибрал, бить масло, делать творог, сметану. Чистить стайки, тоже, твоя обязанность.

Сроку тебе – до конца месяца. Учись, Клава покажет, как и что, доить Алевтина научит, когда переедешь на заимку, она на день задержится ради этого, я её предупредил, что ты корову только в виде мяса в тарелке видела, а молоко думаешь, коровы сами по бутылкам разливают и в магазин относят."

"Людмила мысленно фыркнула – когда она у брата жила, то за молоком прислуга ходила, а Людмила его даже не наливала себе – это была обязанность поварих.  Приготовить, накрыть на стол, налить, нарезать.

Эх, вот же жизнь была, почему она этого не ценила, так рисковала. И ради кого? Волка, который на неё и смотреть не хотел.

Если Люда думала, что на время учебы Прон отстранит её от другой работы, кроме топки печи и готовки, она сильно ошибалась. Никаких поблажек и послаблений! Чтобы поесть, ей приходилось самой себе готовить и, так как навыков не было, питалась женщина то полусырым, то пригорелым, еда была то пресная, то пересоленная.