Невероятная очевидность чуда

– Там подошли мои коллеги из местного отделения, Ева Валерьевна, старшего зовут Игорь Юрьевич Колесин, – прояснил ей ситуацию Данич и описал оперативника: – На вид лет тридцати пяти, средний рост, стройная, спортивная фигура, короткая стрижка, зеленые глаза.

– Ага, – усмехнулась Ева, – очень информативное описание, подходящее парочке миллионам молодых мужчин нашей страны.

– Другие молодые мужчины не скажут вам, что прибыли по моему поручению, – напомнил ей Константин Алексеевич.

– Тоже верно, – согласилась с ним Ева.

– Покажите ребятам, к чему прикасались и где могли оставить свои следы, – давал указания фээсбэшник.

– Ни к чему не прикасались, – перебила его Ева, – были все время в перчатках. Только я снимала, чтобы проверить пульс на шее, и сразу же надела.

– Вот молодцы, – похвалил с чувством Данич и продолжил инструктаж: – Тогда, Ева Валерьевна, вы можете вместе с господином Орловским возвращаться к себе, но дом не покидайте пока. Дождитесь меня. Сниму с вас показания, поговорим, а там решим по обстановке.

– Понятно, – вздохнула тягостно Ева, обозначая тем самым неизбежную необходимость, – кстати, ребята ваши, кажется, уже у калитки стоят.

– Как поняли? – тут же переспросил деловито Данич.

– Казбек до этого лежал неподвижно и тихо все то время, пока мы здесь находимся, а сейчас поднялся и напрягся, – пояснила Ева."

"– Понятно. Ладно, запускайте группу, – отдал очередное распоряжение Константин Алексеевич и прервал разговор, отключившись.

– Пошли запускать, – сказал Павел, слышавший весь их разговор, подхватил Еву на руки, поднялся с диванчика и поставил ее на ноги.

– Капитан Колесин, – представился парень, обнаружившийся с той стороны калитки, когда Орловский ее отворил.

Павел шагнул в сторону, пропуская Колесина… и тихо-беззвучно проследовавших за ним еще пятерых человек, которые несли с собой какие-то баулы и аппаратуру в кофрах и чехлах.

– О! – развеселилась Ева. – Прямо высадка космодесанта.

– Игорь Юрьевич Колесин, – представился конкретно Еве руководитель этого самого тишайшего «десанта».

– Да понимаю я, понимаю, – отмахнулась от его назидания Ева, тяжко-показательно вздохнув.

– И степень ее секретности, – добавил с некоторым нажимом правильный служака Колесин, явно не одобряя беспечной несерьезности девушки.