Невеста

Венера выглядит безупречно в джинсах и белом топе, ее длинные темные волосы уложены идеальными локонами, и я ощущаю дискомфорт, который невольно чувствуешь из-за неуверенности в себе рядом с действительно красивой и ухоженной женщиной. Мои волосы собраны в пучок, а на лице лишь легкий слой дневного крема. Из одежды — мятый спортивный костюм. Зато я успела почистить зубы.

Где Надя?

Бурчание в моем животе заставляет стушеваться. Черт. Колхозница. Бросаю смущенный взгляд на салатик Венеры: я бы его проглотила не жуя.

Пауза затягивается. Я не понимаю, почему эти двое не уходят. Возможно, им неловко. Давид просто стоит и пялится, пока это не становится неуместным.

— Я бы пригласила вас за свой стол, но, наверное, вы предпочтете завтрак в тишине, — произношу вежливо. — Приятно было встретиться снова.

Венера добродушно пожимает плечами.

— Я из многодетной семьи, детьми меня не испугать.

Дава. Это мило.

— Все верно. Наш приоритет — комфортный семейный отдых. С рождением детей жизнь не должна превращаться в череду ограничений.

Ярослав спускается на ножки и делает пару шагов, держась за мои руки.

— Ну что, пойдем завтракать? — зовет Венера. — Твой кофе уже остыл, — кивает она на автомат.

Давид кладет на стол визитку.

— Насчет моего предложения.

Чуть округляю глаза. О такой возможности я даже не думала: стать частью огромной сети, сложить с себя большую часть обязанностей, но при этом сохранить наследство детей. Аж мурашки бегут.

— Только я всегда плачу за себя сама, — сообщаю ровно. — Это не обсуждается.

— Почему? — спрашивает Северянин. — Не любите быть должной? Или ваш муж против?

В моей жизни был один мужчина, которому я принадлежала вся до последней клетки, доверяла безоговорочно и считала его деньги — своими.

— Люблю, чтобы за меня платил только мой мужчина. Я с Кубани, у нас старомодные взгляды, и мы этого не стыдимся.

Давид кивает. А потом вдруг треплет Ромку по волосам.

— Забавные парнишки, — говорит он.