Невест-то много, я одна

Я не смогла поступить в академию по семейным обстоятельствам, но у меня были частные учителя, в том числе Антион.

Мои милые дочурки, абсолютно одинаковые внешне. До каждой родинки и реснички. Их различали только я и Лексинталь, чем жутко всех огорчали. Больше никто не мог понять, кто из них Марселина, а кто Орландина. Больше всего негодовали сами близняшки, раз за разом пытаясь всех запутать. Нечестно ведь, что они стараются быть совершенно одинаковыми, а мама и старший брат их как-то распознают. Эти две проказницы и сейчас, за столом, нашептывали что-то Лексу и хихикали.

Мои вторые близнецы, славные, пухленькие, улыбчивые мальчуганы. Будущие носители титулов двух аристократических родов. Фредерик и Филипп. Сейчас с ними рядом сидели их нянюшки и развлекали погремушками.

Я перевела взгляд на главу семейства. Моего мужа Риккардо ди Кассано. Он ничуть не изменился за шесть лет нашего брака. Грозный ментальный маг, глава отдела ментальных расследований. А в семейной жизни – добрый, чуткий, светлый человек, для которого близкие и родные – это главное.

Хотя давно уже и не проклятый. Ведь я вышла за него замуж. Выполнен древний договор. Два рода, ди Элдре и ди Кассано, породнились. Магии оказалась безразлична путаница с переселением душ у меня и Марики. Наш брак с Риком исполнил обязательство.

И да, смерть забрала всех потомков неверной жены. Именно так, как и звучало в проклятии. И не стала Марика, настоящая прямая наследница, ни супругой, ни другом, ни врагом, ни родней… Хотя последнее спорно, она двоюродная тетка наших детей.

А Кассель, фамильный призрак ди Кассано, свидетель и участник тех давних событий, нашел покой. Точнее, найти-то он его нашел. Но уходить за грань отказался. Сказал, что как-нибудь потом, когда ему совсем наскучит этот мир. А ему еще надо дождаться, пока вырастут наши четверо близнецов. Проследить, чтобы Лина и Дина вышли замуж за достойных мужчин.

Его величество Эдвард решительно занялся проблемами Приграничья после той инспекции. Были проведены аресты высоких чиновников, которые воровали средства, идущие из казны на поддержание порядка в том далеком краю.