Несносные дочери леди Элизабет

Просторный холл встретил нас прохладой и запахом лаванды, смешанным с соленым морским бризом, проникающим через открытые окна. Здесь, как и во дворе, царила удивительная чистота – ни пылинки на старинной мебели, ни паутины в углах. Высокие потолки с лепниной терялись в полумраке, а узкие лучи света, пробивающиеся сквозь витражные окна, рисовали на полу причудливые узоры.

Но следы запустения были заметны повсюду: потускневшие зеркала в тяжелых позолоченных рамах отражали бледные силуэты вошедших, выцветшие обои с морским рисунком местами отставали от стен, обнажая серый камень.

Рассохшийся паркет, выложенный затейливым узором, жалобно поскрипывал под ногами. В углу примостился старинный сундук, чья крышка была покрыта глубокими царапинами, а бронзовые уголки потускнели от времени.

– Здесь так… пусто, – прошептала Амели, и её голос тотчас эхом отразился от стен.

– Зато чисто, – заметила Лорен, проводя пальцем по резной спинке старого, со сломанной ножкой, кресла. – Ни пылинки.

– Кто вы? – внезапно раздался тихий, но твердый голос справа, невольно заставив нас вздрогнуть.

"

"Пока мы осматривались, из неприметной боковой двери, искусно замаскированной под панель, неслышно появилась пожилая женщина. Её небольшая, сухонькая фигурка, облаченная в простое серое платье с аккуратно повязанным передником, казалась удивительно хрупкой. Морщинистое лицо хранило следы былой красоты, а седые волосы были тщательно убраны под белоснежный чепец, накрахмаленные края которого обрамляли худое лицо.

В голубых, все еще ясных глазах читалась настороженность, смешанная с любопытством.

– Я леди Элизабет, внучка баронессы Марши, – ответила я, делая шаг вперед, и половица под ногой тут же протестующе скрипнула. – А это мои дочери – Лорен и Амели. С нами капитан Говард и наши верные служанки – Рут и Тина.

– Ох, простите мою дерзость, благородные лейны, – всплеснула руками старушка, приседая в неглубоком реверансе. – Я Дори, служила здесь. Помогала на кухне при покойной баронессе. Она так любила мои пироги с морской рыбой… – старушка на мгновение замолчала, погрузившись в воспоминания, но тут же спохватилась.

 – После её смерти высокий лейр Дарен приказал вывезти все ценное, рассчитал слуг… Дом опустел. А мне податься было некуда, вот и осталась присматривать, в меру сил, конечно. Прибираю помаленьку, огородик в саду развела. Хоть какие-то свежие овощи к столу…

– Благодарю вас, Дори, – тепло улыбнулась я, тронутая преданностью старой служанки.