Ошибка леди Эвелин

Похоже, Марте пришлось не по душе нарушение старого порядка. Жили они по своим привычным правилам, наблюдали, как ветшает замок, и всех все устраивало. А тут я появилась…

«Хозяин не любит», – звучали в голове слова лукарши. Оно и видно, что не любит – не кабинет мага, а настоящая лавка старьевщика. Чтобы привести эту комнату в порядок, еще много сил понадобится. Мы сегодня только «по верхам прошлись», как называла это Милли, а по-хорошему, так тут бы еще и шкафы разобрать, но я побоялась. Что, если Каллеману не понравится, что кто-то в его бумагах рылся?

Дверь с тихим стуком закрылась за моей спиной, и я на секунду замерла, прислушиваясь к настороженной тишине кабинета.

Здесь сильнее всего ощущалось, что Бронен создан при помощи магии. Все время, что мы с девочками убирались в этой комнате, мне казалось, что за нами кто-то незаметно наблюдает. И сейчас это ощущение только усилилось.

Я огляделась. Каждая вещь, каждая книга из тех, что стояли на полках, каждый предмет на письменном столе были особенными, со своим неповторимым характером и норовом.

Я чувствовала это.

Вот почему, спрашивается, все книги в шкафу стоят ровно, а одна выбивается из общего ряда едва ли не наполовину? И это при том, что я сама лично все выравнивала. Или взять букетик фиалок, собранный Метте на лужайке у ограды. Когда я уходила, он стоял на письменном столе мага, а сейчас оказался на подоконнике. А картина над столом? Почему она снова висит криво?

Я поправила позолоченную раму и подошла к шкафу.

– Сейчас мы и тебя на место поставим, – хмыкнула вслух и надавила на выступающий книжный корешок, но тот не желал подчиняться. – Что ж ты такой упрямый?

Я надавила сильнее, рука соскользнула, и книга упала, рассыпав по полу стопку магизов, при одном взгляде на которые у меня внутри все похолодело.

Единый, что это?

Я торопливо подняла снимки и уставилась на удивительно реалистичные магические изображения. На каждом из них были девушки. Одна лежала на снегу – обнаженная, с располосованной глубокими бороздами грудью и странно безмятежным лицом, вторая, похожая на диковинную птицу в своем ярком синем платье, застыла на пробивающейся траве.

Я видела длинные светлые волосы, рассыпавшиеся по нежной зелени, раскинутые тонкие руки, нетронутое тело. А вот лица не было. Совсем. Потому что то, что от него осталось, трудно было назвать лицом. Магизов было восемь. И на каждом из них – зверски убитые девушки.