Неподчинение

Только одна эта точка, крохотные клетки, из которых потом разовьётся человек. Или не разовьётся.

В горле словно ком застрял, и ощущение такое дурацкое, точно слезы в глазах собираются. Я взрослым плакал однажды только, когда матери не стало, а сейчас, как баба, почти разрыдаться готов.

Может, не мой это ребенок?

Но что-то подсказывало, что в этих клетках столько же моего, сколько и Зай. А она рукой своей ладонь мою нашла и сжала, вырывая мне к черту душу.

Выть хотелось, со словами — ну почему это все у нас так?

Под какой несчастливой звездой родились оба, что нам приходится сквозь такие испытания проходить?

— Тонус есть, а так, в принципе, результаты УЗИ неплохие.

Зай кивала в такт чужим словам, пока вытирала полотенцем бумажным гель, а я топтался, дожидаясь, когда отсюда выйдем. Руки дрожали, и думалось, что сегодня точно напьюсь, до беспамятства, чтобы хотя бы одна ночь прошла без снов и мыслей обо всем, что было сейчас в моей жизни.

Я врача за руку поймал, отводя в сторону:

— А теперь по чесноку, сколько шансов у ребенка родиться здоровым?

— Мало, — отрезала она, разом став деловой и даже сердитой. Руки в халат засунула, смотрела прямо и открыто.

Обратная дорога казалась вечностью, Зай сосредоточено смотрела вперёд.

— Я слышала ваш разговор с врачом, — сказала, наконец, когда мы остановились возле больницы в поисках парковочного места. Я заглушил двигатель, оборачиваясь к ней:

— Я не мог это не спросить. Кому-то из нас нужно быть… разумным.

Она усмехнулась горько, а я заговорил:

— Если бы только от меня что-то зависело, Заяц… Если бы я мог как-то повлиять…

Холодные пальцы коснулись моих губ, заставляя замолчать.

— Просто проводи меня и хватит на сегодня об этом. Я устала."

"Дома меня встретил рыжий кот. Тёрся возле моих ног, но в квартиру не заходил — там теперь вместе с Ясмин и Таиром жила громкая Шанель. Кусаться теперь не лезла, зато обожала смотреть телик, лежа на моей подушке. Подумалось, что Шакировых в последнее время стало как-то много в моей жизни.