Неподчинение

Я ожидал, что Зай начнет возражать. Она встрепенулась, села с прямой спиной:

— Это безопасно?

— Да, с ними моя охрана поедет, Таир не доверяет своим. Они на команду мэра работают.

Казалось, что рядом со мной Ясмин в безопасности, но я не ее родитель, и нянчиться с чужим ребенком не мог. Не Юльку же, в самом деле, просить за ней приглядывать, а левым людям я не доверял.

А с дочками Таира, с их эби девчонке будет спокойно. Там за ней точно присмотрят, лучше, чем это сделает одинокий, мать его, волк.

— Когда меня выпустят?

— Виталич сказал, что по его части ещё пару дней.

Я не продолжил мысль, но она меня и так поняла. Снова этот жест — ладонь на животе, а я сглатываю шумно, оттого, что жарко. И в ветровке жарко тут сидеть, и от Зай меня в пот бросает.

— Заходите! — позвали нас, я дверь распахнул, пропуская Зайца вперёд. Огляделся: кабинет как кабинет, врачиха сидит в голубой форме, медсестричка ее по клавиатуре ногтями цокает. Окна закрыты, второй этаж, вроде безопасно все.

— Я в коридоре подожду, — предупредил Зай, но она вдруг в мою ладонь вцепилась двумя руками:

— Останься со мной.

В голосе столько мольбы, что я сдался, даже не сопротивляясь. Сел в уголок, ноги под стул подогнул: кабинет разом маленьким казаться начал, точно я как в теремке, все место свободное занял. Руки на груди сложил, стараясь не вслушиваться в чужой диалог: казалось, если я отгородился от их разговора, то меня это не заденет все.

Зай выписку от Виталича протянула, я знал, что он созванивался с врачом, поэтому для нее не стало неожиданностью то, чем лечили пациентку.

Осматривали ее за ширмой, отсюда я видел мало, только как Зай раздевалась, а потом взбиралась на высокое кресло. Ощущение, будто подглядываю в дырку в бабской бане, ей-богу.

— Не бойтесь, я только возьму мазок. Живот не болит?

А потом на УЗИ в соседнюю дверь попросили пройти, и снова Зай потащила меня с собой. В комнате было темно, на стене монитор весит, на котором ни черта не разобрать.

— Сделаем трансвагинально, чтобы определить, где плодное яйцо, — предупредила врачиха, а я насторожился: какое транс, что за яйцо?

Я смотрел на экран, — черные дыры, белые полосы, видимо, внутренности человечьи, но как тут хоть что-нибудь разобрать, черт возьми?

— Тело матки увеличено, в полости определяется один эмбрион, плодное яйцо не деформировано.

На экране, среди прочей белиберды, маленькая черная точка.

Ни рук, ни ног, ни головы, вообще ничего.