Неподчинение

Не могло все так просто быть, вот она, улица, я вижу небо, верхушки высоких деревьев, а открыть эту ненавистную дверь не могу, горло раздирает криком, бьюсь об стекло, но оно гораздо крепче той склянки…

— Нет!"

"Мне хотелось кричать громко, но голос я уже сорвала, и вместо крика выходит шёпот. Чужие руки держат крепко, буквально пеленают по рукам и ногам, я бьюсь, словно рыба, выброшенная на берег. А потом чувствую его запах. Сигаретный дым. Крепкий кофе. Терпкий аромат туалетной воды, лёгкий запах мужского пота, но в нем мне все нравится.

— Заяц, — испуганно немного говорит он. — Ты чего? Ногу ещё поранила… Всё хорошо, я рядом.

— Неправда, — упрямо твержу я. — Тебя не может здесь быть, он просто играет мной, снова играет, он хотел, чтобы я сошла с ума и добился своего…

Бессильно оседаю на пол. Руслан обнимает, крепко прижимает к себе, я реву, трогаю его лицо руками — колкая щетина, перебитый в боях нос, шрамик под подбородком… Иллюзия не могла бы быть настолько реальной.

Теперь я снова реву, но теперь уже от облегчения.

— Ясмин?

— Она со мной.

Теперь это уже не облегчение. На мне словно лежала многотонная бетонная плита, а теперь её убрали, я снова могу дышать, снова солнце видеть. Закрываю глаза. Глубоко вздыхаю. Открываю снова. Меня все ещё мутит, но осматриваюсь более трезвым взглядом. Вижу испуганный персонал. Свои кровавые следы на полу. Себя вижу, в отражении огромного зеркала, я сижу на полу и Руслан баюкает меня, словно дитя, его рубашка выпачкана моей кровью.

— Сейчас станет лучше, — оптимистично заявил мужчина в белом халате. — Немного поспите…

В его руках был шприц, мужчина уже готовился снять с него защитный колпачок. А я… мне только казалось, что силы иссякли.

— Зай, — донесся до меня голос Таира. — Он тебя на наркоте держал, тебя сейчас ломает, это лекарство…

— Нет, — ёмко ответила я. — Нет. Пусть мне будет плохо. Дайте мне мою дочку, сейчас же дайте мне моего ребёнка!

Рука Руслана лежала на моём предплечье. Я хотела бы приникнуть к нему, спрятать лицо на его груди, но я не знала, не знала больше, кому можно верить.