Немоногамия (СИ)

Я же остаюсь стоять рядом с Титовым на веранде и искать в телефонной книге номер Ольги, с которой познакомилась на девичнике у одной из подруг.

Когда в динамике раздаются длинные гудки, я опускаю взгляд в пол и делаю вид, будто увлечена разглядыванием своего идеального нежно-розового педикюра. Всё потому, что смотреть на Титова мне физически сложно.

Вчера вечером я едва дождалась финальных титров на экране телевизора и ушла к себе в спальню. Оказалось, что сидеть между двух мужчин, один из которых трахал меня утром и снимал процесс на видео, а второй это самое видео чуть позже смотрел — было выше моих сил.

Напряжение ощущалось кожей и пропитывалось в кровь, вызывая самые разнообразные эмоции и реакции. Я с трудом вспоминала период, когда мы много времени проводили втроём, чувствуя свободу и лёгкость. Теперь же сквозь густой плотный воздух сложно было сделать хотя бы вдох.

— Привет, Оль! Это Майя Каминская, — быстро проговариваю в телефонную трубку, когда слышу глухое: «Алло». — Ты нужна мне.

Наш разговор длится не дольше десяти секунд, после чего Оля даёт согласие, а я тут же отправляю ей геолокацию по мессенджеру.

— Всё в порядке, — отчитываюсь Титову, заставив себя посмотреть ему в глаза. — Диджей через полчаса будет на месте.

Мой голос срывается и дрожит, а желание провалиться сквозь землю достигает пика. Казалось бы, я никогда не была ханжой, но цепкий взгляд Титова, его спокойствие и молчание, дают волю моей фантазии. С мужем мы так и не поговорили на тему видеосъёмки. Я уснула рано, а когда проснулась, он уже активно обсуждал с Вовой предстоящую вечеринку и руководил обслуживающим персоналом.

— Майя, я не должен был так рьяно листать фотографии на телефоне Каминского, — произносит на одном выдохе Титов. — Их было не меньше сотни. И мне стоило остановиться примерно на первом десятке.

Сердце работает в грудной клетке на вылет.

— Но ты не остановился, — слегка усмехаюсь. — И вышло то, что вышло. Забудь, ладно?

— Я постараюсь, — согласно кивает Вова, открывая пачку сигарет. — Хотя это наверняка будет адски сложно.

Мои щёки ярко вспыхивают, а длительный зрительный контакт заставляет кровь с утроенной скоростью пронестись по венам. Наверное, это правильно, что мы как взрослые люди решаем обсудить ситуацию во избежание недопониманий, но воспоминания в памяти всё ещё живы. Наши с Яном обнажённые тела на экране, интимные разговоры, стоны, движения.