Немые вопли

"

"— Твоя история начинает казаться нам все более и более надуманной и неправдоподобной, моя юная дама, — сказал он. — Ты случайно не мифоманка?

— Ми… мифоманка?

— Да. Сочиняешь всякие истории, а потом сама начинаешь верить в них.

Она беспомощно покачала головой. Она была в таком же недоумении, как и они.

— Эллен не мифоманка, — сухо заметил Натаниель. — То, что она пережила прошлой ночью, было на самом деле.

— Откуда ты это знаешь? — тихо спросил Рикард. — Значит, здесь все-таки есть какая-то атмосфера?..

— Густая, как каша, — ответил Натаниель.

— Но ведь ты только что сказал, что дверь не представляет никакой опасности! — агрессивно произнес ленсман.

— Дверь — да, — ответил Натаниель.

— И что же это за… атмосфера? — почтительно осведомился Рикард.

Проведя рукой по лбу, Натаниель сказал:

— Я не знаю. Но это что-то неприятное. Это затрагивает так много чувств: растерянность, одиночество, озлобленность, жажда мести, жадность, надежда, безнадежность, тоска — все вперемешку. Но доминирует здесь настроение обычного, низменного предательства.

— Дело плохо, — сказал ленсман. — И все это так беспросветно?

— Да! Все беспросветно! — жестко ответил Натаниель.

Вежливо кашлянув, Рикард спросил:

— Эта атмосфера создается нами или самим помещением?

— Тем, что находится за этой дверью, — ответил Натаниель. — Оттуда несет какой-то мерзостью.

— Ты забываешь о стоящей перед тобой задачей, Натаниель, — сказал Рикард. — Здесь ощущается присутствие смерти?

Быстро повернувшись к нему, Натаниель сердито ответил:

— В данном случае это несущественно.

— Что-то я устал стоять, — сказал он. — Давайте вернемся в комнату Эллен, включим свет и обсудим все. Мне уже надоело здесь шептаться.

Было приятно снова оказаться в маленькой, уютной спальне.

Ленсман прилег на постель, Натаниель сел на пол, прислонившись к стене, и Эллен опустилась рядом с ним, предоставив стул Рикарду. В голове ее пронеслась совершенно несвоевременная мысль: под свитером у нее по-прежнему была ночная рубашка.

— И что же нам теперь делать? — спросила она, не обращаясь ни к кому конкретно.

— Взломаем дверь, как только рассветет, — ответил ленсман. — Разрубим ее топорами.

— А есть ли нужда в подобном варварстве? — спросил Рикард.

— Несомненно, — ответил Натаниель.

— Впрочем, я сам не уверен в этом, — пробормотал ленсман. — Боюсь, мы можем спугнуть так какого-нибудь мерзавца.

Все задумались.