Немые вопли

Он сидел в ней так глубоко и был таким душераздирающим, что Эллен просто не знала, как ей вынести его. Ей казалось, что какая-то ужасающая сила раздирает ее изнутри, доставляя чисто физическую боль.

«Нет, не надо, — мысленно умоляла она. — Я больше не выдержу!»

Она долго сидела так, тяжело дыша, прислушиваясь, ощущая тупую боль в груди. По натуре Эллен была смелой и здравомыслящей — сравнительно здравомыслящей, во всяком случае. Но в детстве она пережила почти потусторонний страх, и теперь она чувствовала, что снова приближается к этой грани.

Снова в ее памяти всплыла глупая история, рассказанная продавщицей, и Эллен пыталась вспомнить все ее подробности.

Но, не успела она додумать свою мысль до конца, как со стороны лестницы снова послышались легкие, медленные шаги.

«Сейчас я закричу…» — подумала Эллен. Она бросила взгляд на окно. Может быть, выпрыгнуть наружу? Но под окном лежит куча камней, предназначенных для строительства, да и высота порядочная.

Осторожно соскользнув с постели, она надела свитер и брюки поверх своей шикарной ночной рубашки.

Торопливо натянула носки и туфли… Сердце ее бешено стучало, руки дрожали. Но ей казалось просто немыслимым предстать в полупрозрачной ночной рубашке перед загадочным посетителем. Нужно немедленно покинуть этот дом!

Спокойно… спокойно! Все это могло иметь свое естественное объяснение. По дому мог бродить кто угодно: рабочий, забывший свой инструмент, бродяга, желавший переночевать или сходить в туалет… Спокойно! Главное, не поддаваться этому удушающему страху! Все в порядке, все тихо и спокойно! Эллен глубоко вздохнула.

Это помогло ей одеться. Но на большее ее не хватило. Слыша приближающиеся к двери шаги, она стояла посреди комнаты, задыхаясь от страха.

«Если бы я была смелее, — подумала Эллен, — я бы посмотрела в замочную скважину, не ходят ли там фру Синклер или кто-то из рабочих. Но я не такая смелая…»

Кто-то прошел мимо двери, остановился…

«Сейчас я умру…» — подумала Эллен, прислушиваясь.

Снаружи на ветру заскрипела вывеска, слышно было, как шумит лес и журчит вода в реке.

Но в самом доме царила полная тишина.

«Кто бы там ни был, — подумала она, — он или она знают о моем присутствии. Я чувствую это… страх, удивление, надежду…"

"Но мои ли это или чужие чувства? Скорее всего, — и то, и другое, если только возможно воспринять чужие чувства…

О, Господи, я не хочу снова переживать это, как много лет назад! Я не хочу сходить с ума, превращаясь в клубок нервов, преследуемый кем-то.