Не вздумай влюбиться

А я даже не подумала! Дура, блин!

– Что стряслось? – лаконично спросил отец.

– Па, отправь парней на заправку! Там парня бьют. Он за меня вступился! – сбивчиво говорила Ники.

– Что за парень? Твой знакомый? – прищурился папа, а мама так и продолжала обнимать Ники за плечи, поглаживая по волосам, точно маленькую девочку.

– Мой! – кивнула Ники.

– Ну вот, Константин Максимилианович, правду же говорил. А вы не верили, что Ники моя девушка, – насмешливый голос заставил Ники застыть на месте.

И только сейчас девушка заметила за спинами охранников, стоявших вдоль стены, Самойлова.

– Твоя девушка?! – возмутилась Николета. – Да ты... Да я... Мы всего лишь раз переспали!

– Ники? – обманчиво спокойно и вкрадчиво проговорил Константин Адамиди.

– Ой! Да это ж мелочи, па! Ну подумаешь, у меня был секс, – начала оправдываться Ники.

– Николета! – рявкнул грозный отец.

– Па, ну я ж взрослая девочка, – уже тише попыталась задобрить отца.

– Была ею до прошлой ночи, – вмешался Ян.

Мужчина говорил с усмешкой, но через силу. И кровь с лица стирал рукавом свитера.

– Этого увести! – скомандовал Адамиди. А потом повернулся к дочери: – А ты наказана!

– Пап, ну мне ж не семнадцать! Я взрослая и самостоятельная! – разозлилась Ники, однако мама уже настойчиво вела ее наверх.

– Переоденься, и ко мне в кабинет! – отчеканил отец семейства, но осекся, поймав недовольный взгляд жены.

– Как скажешь, папочка, – не менее яростно и упрямо выкрикнула Ники.

Константин смотрел, как его дочь вышагивает по лестнице. Вот ведь вредина мелкая!

Но с Ники глава семейства Адамиди разберется позже, теперь нужно решить вопрос с ее, якобы, парнем. И какого черта этот сопляк сунулся к его единственной дочке?! Такого Костя простить не мог даже Самойлову, несмотря на все одолжения и «заказы», которые исправно выполнял Ян по просьбе Адамиди.

* * *

Ян сидел на полу, прислонившись к стене спиной, и думал. По факту все прошло вполне сносно. Даже лучше, чем предполагал Самойлов. По крайней мере, Константин Адамиди не убил его сразу, как только он мелькнул на горизонте. И ведь ясно, что каждая собака уже знала, кто именно умыкнул капризную принцессу.

Ян понял, что потрескавшиеся и разбитые в кровь губы растянулись в улыбке.