(Не) твои

Точнее, скорее всего сказал накануне встречи, а она уже сориентировалась. Но сути это не меняет. Но не она же написывает моей жене сообщения о том, что я изменник?!

Уже не знаю, что думать!

Аня возвращается из комнаты. Кратко спрашиваю, что там за бабское совещание с утра, но без скандала, просто мягко:

– Кто звонил?"

"Удовлетворяющего ответа не получаю, хотя слышал четко что обсуждали какого-то мужика. Бешусь, но после вчерашнего не говорю ей ничего. И так обидел мою рыжую, руки распустил!

Я спешно собираюсь, на автомате вру, что сегодня встречаюсь с отцом.

Теперь буду думать, чем и как задобрить Лену, чтобы не спать с ней.

А то, что иной валюты от меня она примет – дала понять более, чем прозрачно. Но вчера во мне что-то изменилось. Лену не хочу. Да и выпустил пар неслабо с любимой женой.

Вспоминаю о нас уже в машине, когда вижу какую-то девушку сзади очень похожую на мою Аньку.

Красивая, точеная фигурка, чуть раздавшаяся в бедрах. Упругая попка так и просится ее потискать. Аня готова на любые эксперименты, ласковая и податливая в моих руках. Верная и преданная, без загонов и капризов. Вот только с детьми проблема, но и это можно решить при желании.

Зачем следовать дурному примеру отца и брата? У них ведь нет такой Рыжей, а у меня есть.

В офисе первым ко мне бросается мой верный друг и соратник Алик.

– Альберт, слушай, Меркури нужно отменить, – говорю ему, осматривая новую секретаршу вместо моей распутницы Лизки.

Девушка улыбается мне, теребит пальчиками какие-то документы и выходит из-за стола.

– Кирилл Антонович, это вам. На подпись, – говорит она.

– Спасибо, Алина, – отвечаю ей, рассматривая бейдж на красивой груди размера номер три.

Алик в бешенстве. Залетает вместе со мной в пространство кабинета, а я спокойно прохожу к столу.

Закрываю жалюзи и усаживаюсь в кресло. Все это делаю под свирепый и полный непонимания взгляд Альберта.

– Кир, это че за херня? – цедит он грубо и совсем без соблюдения элементарной субординации.

Я поднимаю глаза от документов, что дала мне Алина, и грозно смотрю на него.

– Алик, что за тон? Я сказал: отменяем Меркури.