Не пара

– Вкусная, – мужчина удовлетворённо хрипит, опаляя кожу лица, а затем отпускает мои волосы и одним ловким движением расстёгивает молнию на платье.

Мгновение, розовая ткань падает к моим ногам, и я остаюсь стоять в одних туфлях и трусиках. Вот же блин! Что он вытворяет? Так быстро и резко. Я же сейчас сгорю от смущения. Однако… Уже в следующий миг понимаю, что горю от совсем других ощущений. Возбуждение с щепоткой страха пролетают огненными волнами с головы до ног, когда Логан накрывает ладонями мою грудь и сильно сжимает, толкаясь в мою поясницу напряжённым пахом.

– Своя, – шепчет он, усыпая лёгкими укусами мою шею, а я так кайфую, что не соображаю, о чём он говорит.

– Кто своя?

– Грудь.

– А-а… Да… Конечно.

– И волосы, – опять не спрашивает, а утверждает, повторно запуская пятерню в мои светлые пряди.

– У меня всё своё.

И это правда.

Я не считаю себя писаной красавицей, но никогда не думала о том, чтобы подкорректировать в себе что-то. Хотя если бы и захотела этого, Оливер бы не позволил.

Ведь он даже запрещал мне сильно подстригать волосы, вот мне и приходилось много лет ходить как Рапунцель, невзирая на неудобство и огромную трату времени на мытьё своей густой гривы длиною до задницы.

– Обалденные, – он пропускает пальцы сквозь пряди, а затем разворачивает меня к себе лицом и касается рта. – И губы тоже? – а вот теперь мужчина спрашивает, надавливая подушечкой большого пальца на нижнюю губу.

Киваю. Под его пристальным прицелом говорить больше не в состоянии. Лицо горит, между ног пылает, кожа усыпается мурашками, соски заостряются.

Логан стекает жадным взглядом к моей груди и выпускает воздух сквозь сжатые зубы. Черты его лица ещё больше заостряются, а в глазах загорается лютый голод. Мне аж страшно становится. Теперь по-настоящему страшно. И, по ходу, не зря.

– Да ты настоящая находка, Диана, – хищно ухмыльнувшись, проговаривает он. Резко сдавливает мои скулы пальцами и налетает на мои губы с поцелуем. Таким глубоким и бешеным, что из моей пьяной дурной башки не только мысли об Оливере улетучиваются.

Не-е-ет. Что вы! Я напрочь забываю собственное имя.

Глава 4 Логан

Впиваюсь в пухлые губы куколки несдержанно, жадно, с налётом грубости. Как я люблю. Остервенело имею её рот, глубоко и пошло скольжу языком внутрь. Сладкие, медленные поцелуйчики не по моей части. Как, впрочем, и долгая болтовня с женщинами. Имя знаю – и этого уже для меня предостаточно, пусть и необязательно. Чего нельзя сказать о девчонке.