Не родные

"

"— Привет, Ви, — криво улыбается Тоха, переступая порог спальни и открыто рассматривая меня от макушки и до пяток. — Познакомимся поближе?

Глава 7

Кирилл

Едва самолёт приземляется в Москве, я выключаю режим полёта и набираю номер Лены.

— Привет, Кир! Ты вернулся?

— Да, получилось раньше, чем планировал. Через полтора часа буду.

— Есть пожелания, что на ужин: рыба или мясо?

— Всё. Жрать хочется адски.

— Поняла тебя. Ещё особые пожелания? Например, красное или леопардовое бельё?

— Голая.

Я хочу, чтобы ты была голая. Бельё не надевай, не то опять будешь возмущаться, что я его испортил.

Лена смеётся, сообщает, что соскучилась и с нетерпением ждёт.

Я кладу трубку и завожу двигатель. Лена — моя постоянная любовница вот уже полгода. Спокойная, покладистая и зрелая. В постели страстная и ненасытная. Мы встречаемся минимум два раза в неделю, и меня в ней всё более чем устраивает.

Встряв в затяжную пробку, открываю окно, позволяя душному пыльному воздуху ворваться в салон авто.

Два месяца я отсутствовал в столице, а кажется, будто вечность. Дороги загруженные, плетёшься словно черепаха. Бесит. Барабаню пальцами по рулю, посматривая на светофор. В городе, откуда я прилетел, с этим было куда проще. Можно гнать на максимум по пустой дороге, вокруг бескрайние поля и горы. И ни хрена больше. Порой я думаю о том, что было бы неплохо сменить место жительства и выбрать что-то более спокойное, но в Москве слишком глубоко проросли корни.

Лена встречает меня на пороге квартиры в полупрозрачном кружевном халате. Открыто улыбается и не лезет обниматься, прекрасно зная, что я терпеть не могу этого.

— Сначала поужинаешь, или перейдём к десерту? — спрашивает, играя бровями.

— Сначала душ. Воняю как собака.

Она кивает, вручает чистые полотенца и выходит.

Подставляя лицо под струи воды, я мысленно формирую список дел на ближайшую неделю. Завтра автомастерская, послезавтра нужно к Леонтьеву смотаться и не забыть заехать к матери на ужин.

Она давно просила. Всё складывается чётко, словно пазл, не хватает какой-то одной незначительной детали. Возможно, потрахавшись и наевшись от души, я вспомню, о чём забыл. Сейчас во мне преобладают лишь инстинкты. Кровь отлила к паху, член стоит будто каменный, а голова ни хрена не варит.

Обмотав бёдра полотенцем, я выхожу из ванной в спальню и плюхаюсь в кресло. Лена зажигает аромасвечи, фоном включает музыку.