Отец подруги

Уж слишком автомобиль выделяется из остальных: то ли своими хищными изгибами, то ли наглухо тонированными стеклами. Так вообще можно сейчас ездить? Чтобы водителя совсем не было видно?

Возле пассажирской двери немного медлю, надеясь, что сидящий внутри человек меня заметит, однако ничего не происходит.

Что ж, ладно.

Вдохнув, очень осторожно тяну к себе ручку, думая в этот момент о том, что оставляю на хроме свои отпечатки. Просто машина уж очень чистая. Ни пылинки.

Раздается упругий щелчок, одновременно с которым дверь поддается мне навстречу.

— Здравствуйте! — с улыбкой выпаливаю я заготовленную фразу. — Я Сона, подруга Лены. А куда можно положить…

Слово «рюкзак» с бульканьем проваливается в горло от одного взгляда мужчины, сидящего за рулем. Я даже понять не успеваю, что меня так сильно в нем поразило, отчего мой лексикон вдруг так резко обеднел. Просто я совсем не такого водителя рассчитывала увидеть. Да, в костюме, но не настолько безукоризненном.

Вцепившись в спасительные лямки рюкзака, я ошарашено разглядываю его руки. На них татуировки.

— Присаживайся, — не предлагает, а распоряжается мужчина, вырывая меня из кратковременного транса. — Рюкзак можешь убрать назад.

Все заготовленные слова о том, как я благодарна за потраченное время и как рада быть в столице, напрочь вылетают из головы. Молча опустившись на пассажирское сиденье, я запихиваю рюкзак себе в ноги и целомудренно свожу колени.

Машина мягко трогается, и вместе с тем прохладный воздух кондиционера успокаивающе дует на мои разгоряченные щеки.

— Пристегнись, — говорит мужчина, не глядя на меня.

Дернувшись, я лихорадочно тяну к себе ремень безопасности. Да что со мной такое? Я вообще-то не из робких, а тут растерялась от слова «совсем».

— Спасибо, что встретили меня, — наконец выдаю я заготовленную фразу, натянуто улыбнувшись. — И извините, если отняла ваше время.

На это мой сосед лишь едва заметно кивает головой. Выдержанно так, будто я действительно отняла его время. Мысленно язвлю: это вообще-то работа ваша, так что нечего обижаться.

И на шее у него тоже татуировки, прямо над белоснежным воротником рубашки. Странно все как-то. Но что именно странно, до конца понять не могу.

— На какой факультет поступила? — вдруг интересуется мужчина, все так же не глядя на меня.

От неожиданности я ерзаю на сидении.