Отец подруги

"

"— Я не твоя жена и не планирую тебя предавать! Неужели ты не видишь, как сильно я в тебя влюблена?! Что все мои мысли — только о тебе?! Никому другому в них попросту нет места!

Может быть, потому, что по моим щекам начинают катиться слезы, лицо Бориса смягчается.

— Ну, хватит. — Он вытягивает руку, промакивая влагу под моими глазами тыльной стороной ладони. — Извини. Просто выглядело все уж очень неоднозначно.

Я уворачиваюсь от его прикосновения, не желая сдаваться. Потому что своим недоверием он меня по-настоящему обидел.

— Знаешь, если бы ты имел привычку отвечать на мои сообщения, такой ситуации бы не возникло. Тебя-то, разумеется, все устраивает… Отношения на твоих условиях… Я же просто жду, когда ты решишь выйти на связь или приехать, и, как дурочка, радуюсь каждой нашей встрече… А потом, когда ты исчезаешь, изо всех сил убеждаю себя, что так и должно быть. Потому что ты успешный занятой мужчина, а я простушка, которой несказанно повезло завоевать его расположение.

— Я никогда не говорил, что наши отношения — это отношения на моих условиях.

— Не говорил, но ты это подразумеваешь. Потому что, так или иначе, все происходит только так, как нужно тебе.

— И с чего ты сделала такие выводы?

— Я уже сказала: ты отвечаешь на мои сообщения, лишь когда тебе удобно, и ты не занимаешься со мной сексом!

Последние слова я почти выкрикиваю — такой болью они отдаются внутри. Да и кому было бы не обидно, когда человек, в которого ты беззаветно влюблен, не делает этого с тобой?

— Ты еще слишком слаба, малыш, — с легкой улыбкой комментирует Борис.

— Врешь! — я изобличительно тычу в него пальцем. — Дело совсем не в этом. А в том, что ты боишься… Потому что, если переступишь эту черту, наши отношения станут слишком реальными… Появится ответственность… Еще бы! Ты же лишишь меня девственности, а для такого как ты — это серьезное бремя.

— Глупости говоришь…

— Нет, не глупости! — в отчаянии выкрикиваю я.

— Дурочка… — шагнув ко мне, Борис заключает мое лицо в ладони. Его дыхание шумное и прерывистое, глаза мерцают. — Как ты можешь думать, что я тебя не хочу? Каждый день только об этом и думаю.

Борис накрывает мои губы своими и целует. Сначала нежно, а потом с натиском. Кровь в моих венах начинает закипать, запуская адреналиновый жар.