Не отрекаются, любя...

Часто была не права. Я требовательная мать, неласковая, даже в чём-то жёсткая. Я принимала решения, не считаясь с желаниями дочери. Но мне надо было на что-то жить и растить ребёнка, одной, потому мне так нужна была эта работа.

— Я не осуждаю. Я просто хотел знать правду, — подошёл Марк. Застегнул сумку. Переставил с табуретки в каркас с колёсиками.

— Что с ней случилось? С твоей мамой? — спросила Ирина Николаевна, когда Марк присел на корточки, чтобы закрепить сумку.

— Она умерла.

— Я знаю. От чего?

— От рака, — затянул Марк ремни и встал.

— Мне очень жаль. И твою маму, и твою сестру.

— Мне тоже. И жаль Вериного отца. Можно ещё вопрос?

— Как он погиб?

— Это я и так знаю. Почему вы не вышли за него замуж?

Она усмехнулась.

— Потому что он был женат. А я, — она развела руками. — Я была просто его любовницей.

— Женат?! — переспросил Марк, не веря своим ушам.

— Кто женат? — вошла Вера. — Марк, опаздываем. Мам, — она положила на стол ключи, — возьми мою машину. Что ты будешь завязываться с этими соседями: заберут они тебя, не заберут. Потом подстраивайся под них, чтобы обратно уехать. Бери, бери. Нас с Ванькой всё равно везёт Марк, моя машина будет стоять.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Мама кивнула. Марк видел, что между ними всё как-то напряжённо, но всё же Вера шагнула и её обняла.

— Прости меня, — шепнула мама, уткнувшись в её плечо.

— Давно простила, мам. И ты меня тоже. Прости, — погладила её Вера по спине.

— Всегда. Прощала и буду прощать, моя девочка, — вздохнула женщина. Вытерла глаза, отстранившись. — Ну, чтобы хорошо у тебя там всё прошло. — Посмотрела на Ваньку: — Не безобразничай там, не мешай маме, она будет работать, а ты веди себя хорошо.

Ванька честно кивнул.

— А кто женат-то? — уже в дверях обернулась Вера.

— Твой отец был женат, — вздохнула мама, махнув на прощание рукой.

Но Белка остановилась.

— Но ты… никогда об этом не говорила.

— А зачем? Да и какая теперь разница. Его давно нет в живых. А кто она такая я понятия не имею. Никогда не интересовалась. И она в нашей жизни никогда не появлялась.

— Ты уверена? — покачала головой Вера.

— Уверена. Езжайте уже, — снова махнула мама.

— А ты что думаешь? — повернулась Вера к Марку, когда за ними закрылась дверь.