(не)отец моего ребенка

Я все еще смотрю на близнецов, которые счастливо прыгают вокруг нас, на мужчину, которого почему-то зовут не Юрой, а Игорем, и сердце сводит судорогой от понимания. Кажется, я издаю какой-то сдавленный стон, потому что все взгляды вмиг направлены на меня. Глаза Карины расширяются от удивления, недоверчиво проходятся по мне, изучая и оценивая.

— А это кто? — хмурится она.

— А, это… это моя девушка, — выдает Юра… Игорь, а потом подходит ко мне, кладет руку на поясницу и притягивает к себе. Я чувствую, как дрожит мое тело.

Как стучит пульс в висках и как дергаются мышцы лица, когда я пытаюсь изобразить улыбку. Я хочу спросить, что здесь происходит, в какую игру они играют, хочу убедиться, что это просто чья-то дурацкая шутка, но голос, прозвучавший позади нас, разбивает все мои хрупкие надежды.

— Брат, ну наконец-то!

Громко и радостно. С такими знакомыми интонациями.

— Как же я соскучился, старина!

К такому нельзя быть готовой. Да такое даже представить невозможно! В глазах двоится, потому что передо мной двое абсолютно одинаковых мужчин.

От одного из которых я беременна.

— А кто твоя очаровательная…

Юра застывает на полуслове. Его глаза расширяются от удивления, он растерянно переводит взгляд на Игоря, а потом испуганный на жену, но, поняв, что никакого скандала не намечается, прокашливается и наигранно бодро задаёт вопрос:

— А кто твоя спутница?

— Это…

Игорь замолкает, потому что понятия не имеет, как меня зовут, понимаю я.

— Виктория, — отзываюсь сиплым голосом, пытаясь совладать с дрожью.

А ещё не сорваться и не устроить истерику. Игорь словно чувствует мое желание испортить семейный ужин, накрывает мою ладонь своей и с силой сжимает ее, приказывая взять себя в руки.

— Приятно познакомиться. Я Юра. — По его резким движениям, фальшивой улыбке и бегающему по сторонам взгляду я понимаю, что он на взводе от моего неожиданного появления в их доме.

— А я Карина, жена Юры. — Девушка подходит к нам, и я, словно в замедленной съемке, наблюдаю за тем, как их губы соприкасаются.

Губы, которые когда-то целовали и ласкали меня, сейчас дарят нежный поцелуй другой.

— Простите, мне что-то нехорошо, — я из последних сил сдерживаю подступившую истерику и слёзы. Пытаюсь вырваться из захвата мужчины, но он настойчиво прижимает меня к себе, не давая сделать и шагу в сторону двери.

— Мы вчера с Викой хорошо отпраздновали мое возвращение, и ее до сих пор мучает головокружение.