Не дразни меня

От крепости напитка полость рта вмиг немеет.

- Глотай.

Большой палец руки, удерживающей мою шею, давит под подбородком, а когда я проглатываю виски, медленно ползет вниз вдоль горла.

Жидкий огонь разливается по груди и наполняет живот тяжестью. Мои веки опускаются.

- Лучше?

Киваю.

- Ты была слишком напряжена. Говори.

Я слизываю с губ терпкий вкус и сглатываю остатки напитка. Подушечка большого пальца Адама вырисовывает круги на моей шее.

- В субботу ежегодный прием. На нем будут мои родители.

- И?...

Смотрю на его губы.

- Возьми меня с собой. Пожалуйста.

Поставив бокал на деревянный подлокотник, Литовский задумчиво закатывает глаза и кладет руку на мою талию. Сжимает её, пальцами позвонки на пояснице нащупывает.

В голове становится легко и пусто. Это очень крепкий виски.

- Не вижу ни одной причины делать это. Зачем ты мне там нужна, Ярослава?

- Я твоя жена, - напоминаю тихо, - Туда принято ходить с женами.

- Жена?.

- Да, - подтверждаю беззвучно.

Хмыкнув, оглаживает ягодицу и легонько ее сжимает.

Господи, боже мой!... Он же не заставит меня трахаться с ним?! Я не буду!

И тут, накрыв другой рукой вторую мою ягодицу, Литовский толкает меня на себя. В промежность втыкается бесстыже громадный бугор. В панике я упираюсь ладошками в его каменные плечи. В голове взвывают сирены.

- Пожалуйста.... - ною жалобно, - Пожалуйста! Я так скучаю по маме!...

- И папе?

- И папе!

По стальному блеску в глазах вижу, что не пронимают его мои мольбы.

"Бесчувственный отморозок!

- Я буду достойно вести себя там! Клянусь!... Тебе не придется краснеть за меня!

- Я не умею краснеть.

- Я тебя очень прошу, Ада-а-ам!...

- Даже не знаю, Яра, - с сомнением качает головой, а я жадно впитываю каждый его жест, потому что не понимаю ни черта.

Литовский как сундук, закрытый на три амбарных замка - ни за что не угадаешь, что он думает и чувствует.

- Пожа-а-алуйста!... - пищу, внутренне содрогаясь от страха и острых ощущений, что вызывает упирающаяся между ног эрекция.

Полоснув холодом по моему лицу ещё раз, он проявляет интерес к моим губам. Лениво, будто с неохотой, разглядывает их, а затем подушечкой большого пальца касается уголка.

Мое дыхание застревает в горле плотными пузырями.

- Ты возьмешь меня?

- Взять тебя? - переспрашивает он, и я запоздало понимаю, как двусмысленно это звучит.

- На прием.

Ведя пальцем на контуру нижней губы, молчит.