Наставник

А вот чтобы заставить ее обратить на себя внимание… М-да, пришлось попотеть. И поседеть. И едва не сойти с ума от лютой, жгучей, как перец, ревности.

Один бог знает, чего мне стоило, стоя там, на лестнице, слыша звук расстегивающейся ширинки и Владово «становись на колени», уйти. Позволив ей выбирать, да. Может, осознание того, что я взял ее против воли. Мое животное стремление ее присвоить вряд ли оправдывало то, что в тот момент я этого не понимал.

– Тая, вы что тут делаете?

– Ой! Привет.

Тая несется мне навстречу.

В руках – переноска с сыном. Первым делом забираю ту, чтобы ей было не тяжело. А после жарко ее целую. Соскучился. Глаза Таи сверкают в тусклых сумерках, как огоньки на елке.

– Гирлянды не загорались. Ну, мы и вышли посмотреть, что случилось. Врач сказал, что гулять уже можно. Как ты? Как прошел день? Илюшке подошел комбинезончик, который подарила Макаровна. Немного великоват, но это даже хорошо. Глядишь, его до весны хватит. Но Илюшка с таким аппетитом ест, что я в этом сомневаюсь.

Тая запрокидывает голову и смеется. Шапка с помпоном съезжает с ее головы. У нее такие шикарные волосы, что пальцы зудят в них зарыться. Тая не упускает возможности напомнить мне, что когда мы познакомились, у нее была уродская стрижка. А я, хоть убей, не помню. И отшучиваюсь, что в те дни меня занимало другое. Иногда мы принимаемся спорить, что именно. И это всегда заканчивается одинаково. В постели. Потому что мне нравится в ней все. И все одинаково заводит. А ее, как это ни удивительно, во мне…"

"Я не знаю, когда у нас с Владом началось то идиотское соревнование.

Когда он стал уводить у меня баб? Может, так всегда было. С тех самых пор, как те начали меня интересовать в принципе. Тая как-то спросила у меня – почему я это позволял? Да потому, что действительно верил, что женщина, предназначенная мне судьбой, не поведется на его дешевые уловки. Влад в какой-то мере стал ситом, через которое я просеивал породу в поисках золота. Не знаю, понимал ли он это. Скорей, ему действительно хотелось самоутвердиться. Я для него всегда был авторитетом. Ему было важно мне доказать, что то насилие его не сломило. А мне было важно, чтобы Влад в это поверил сам.

– Ну, что, ты не могла дождаться меня? Я бы все включил, – беру ее за руку и веду к дому. Ладошки-то у нее заледенели совсем, хотя мороз не такой уж и сильный.

– Так, когда бы ты приехал? А огоньки я хотела сейчас!

– Ты экзамен-то сдала?

– Сдала-сдала! На четверку.