Наследники Скорби (СИ)

После урагана, принесшего долгожданные дожди, плодовник перестал пыхать жаром, но дни по-прежнему стояли теплые, хотя в воздухе уже чувствовалась приближающаяся осень.

Хлопнула калитка крайнего двора и на безлюдную улицу шагнул мрачный Тамир.

— Тут кровь горстями лить придется, — сказал он. — Я насчитал сорок семь человек.

Лесана предложила:

— Могу разбить тебе нос.

— Что? — колдун, рывшийся в переметной суме, повернулся к собеседнице.

— Говоришь, кровь надо лить горстями, — пояснила она. — Я не сломаю, не бойся.

Он смотрел на нее тяжелым ненавидящим взглядом.

— Еще что скажешь?

Девушка пожала плечами и отвернулась.

— Я не заставляю.

Это был первый их разговор за два дня странствия. Молчание истомило Лесану. Да только колдун, словно воды в рот набрал. Она исподволь наблюдала за ним и теперь уже недоумевала, как могла по возвращении в Цитадель, тогда на конюшне перепутать его с Донатосом. А уже через миг сама же отмечала, сколь сильно Тамир похож на наставника. Настолько, что иной раз у спутницы по спине пробегал холодок — блазнилось, будто Донатос рядом во плоти.

На ночлег они обустраивались каждый в своем обережном кругу и не перекидывались даже парой слов. Лесана привыкла к неразговорчивости Клесха, но молчание Тамира действовало на нее гнетуще. Несколько раз она пыталась заговорить с ним, однако наталкивалась на все то же молчание, потому отступилась.

Через сутки путники выехали из чащи в луга Поречья. Здесь было рукой подать до старицы Радони, которая разливалась каждую весну и до самого пролетья стояла водицей в низинах.

Деревню обережники увидели сразу же и поняли, что ничего хорошего там не найдут — ворота покачивались на ветру, но ни людских голосов, ни даже квохтанья кур не доносилось.

"Когда же стали подъезжать к поселению, лошади забеспокоились, почувствовав кровь, а в распахнутые ворота стали видны черные лужи и распростертые, изорванные, погрызенные тела.

Тамир пошел по дворам считать убитых. Лесана осталась глядеть обережную черту, резы на стенах тына, подранные когтями вереи. Первая сожранная деревня на их пути… И, верно, будут еще.

Девушка оставила лошадей у ворот и направилась к дому старосты, обходя трупы, с роящимися над ними мухами.