Нас будет трое

Вы оба можете столкнуться с самым грустным явлением: разочарованием…

Я обдумывала ее слова некоторое время, а она в этот момент заплетала мои волосы в столь хорошо знакомые косы…

– Мне иногда кажется, что я даже не к нему самому потянулась… не к Дане. А к своему прошлому. К себе… той себе, что живет в его воспоминаниях. Той, что еще не знает всего этого… не знает боли и предательства. Мне снова хочется стать собой прежней… но время не вернуть – знаю. Понимаю – это все самообман, но он мне сейчас безумно нужен, чтобы просто выжить…

– А ты просто вспомни о том хорошем, что связывало тебя с мужем, – посоветовала мама, отпуская мои волосы и поднимаясь на ноги.

 – Пойду застелю тебе постель.

Она вышла с кухни и я поднялась следом. Что-то в ее словах разбередило душу, задело за живое…

Но я не знала, стоит ли следовать совету, который мог принести только новую порцию боли.

Глава 37

Я лежала и смотрела в потолок.

Без сил, без эмоций, без мыслей. Просто вслушивалась в себя, просто пыталась понять – как дальше?.

. И не знала. Чувствовала себя оборванным листом, безразлично дрейфующим по волнам жизни.

Несмотря на желание отгородиться, отстраниться от новых болезненных ощущений, несколько ночей я провела с воспоминаниями. Все перебирала в голове, будто спутанные нити, наши с Валерой встречи, важные моменты, значимые события… Все пыталась привести этот разноцветный клубок в состояние порядка… словно тем самым себя саму по кускам собирала заново.

Но чем дальше, тем больше понимала, что все гораздо проще, чем кажется.

Что есть лишь два возможных варианта событий: я либо верила мужу, либо – нет. Потому что не существовало однозначных доказательств того, что он говорил правду. И весь вопрос заключался лишь в том, кому из них я готова была поверить больше: бывшей подруге или своему пока еще мужу?..

Впрочем, из этого уравнения нельзя было исключать и еще двух переменных: Мишу и моего будущего ребенка.

Об их интересах я тоже должна была думать. Но разве могут быть счастливы дети, если их мать несчастлива?.

."

"А я не знала, смогу ли снова стать счастливой. Что с Валерой, что с кем-то другим… Да и где он был сейчас, этот Валера? Конечно, я сбежала от него сама, но и он не торопился напомнить мне о своем существовании. Не торопился просить прощения…

И это вызывало во мне странную злость. Казалось, хотела лишь одного – покоя, но и его не могла сейчас обрести.

– Дочура, к тебе там пришли.

Мамин голос раздался так внезапно, что я даже испуганно подскочила на постели.