Нам с тобой нельзя

Еще бы не бредил, получив однажды письмо, которое точно намекало на все исходы в моей жизни.

«Ты уже выбрал место на кладбище для всех, кто тебе важен?».

После письма счастья мы с моими людьми сработали на «ура», охрана практически умножилась на пять. А вскоре, подключив всех кого можно, шайку-лейку Евстахова накрыли одним хлопком, кроме него самого. Эту суку не нашли, но упорно ищем. Всплывали данные, что он умер, многие говорили о неизлечимом заболевании. Но я придерживаюсь политики «нет тела — нет дела», и пока я не увижу собственными глазами, никому не поверю.

Аж передернуло от одного воспоминания о Евстахове, да, падаль точно не подохла, а залегла на дно, и пока я его не найду, мне жизни спокойной точно не будет. Дважды он пытался меня убрать, и все мимо, потому что я, сука, живучая.

Это мои личные терки, которые во многом случились, опять же, из-за того, что человек самое жестокое животное на планете. Да и потому что, живя по правилам, ты так или иначе начнешь сталкиваться с теми, кто на эти правила клал большой и толстый.

Но все это далеко не обо мне, а с теми умниками…да что и говорить. Ничему жизнь людей не учит. Столько примеров тех, кто думал укорениться на месте Рашидова, взять хоть и Макарского.

Евстахов же тупой как пробка и работал топорно, только разве что с заказухой на меня ему помогли, ведь такую работу провести с машиной, да так, чтобы она была у всех на виду, дорогого стоит. Вот и покупай потом модные электротачки с управлением «по воздуху». Взломать как два пальца об асфальт. Это меня тоже многому научило. Теперь был исключительно немецкий автопром и бензин.

Я тогда грубо сработал, пожестил, признаю,  а этого делать было нельзя, надо было чуть тоньше играть. Эмоции бегут впереди, только крушить и ломать могу, по большому-то счету.

Вибрация телефона возвращает меня в реальность.

—Да, — шепчу, осторожно выпутываясь из объятий Светы. Укладываю на подушку, стараясь незаметно покинуть теплые объятия. Умаялась. Эмоционально.

—Босс, с пацаном че делать? Он тут уже на ладан дышит...