Наотмашь

Но смотреть она продолжила…

– Ты красивый мужчина, Вадим, – шепотом заметила она. Ей показалось, что ему будет приятен её комплимент.

И она не ошиблась. Вадим замер. Ненадолго, но этого хватило, чтобы выцепить его реакцию и запечатлеть у себя в памяти. Ей понравилось, как он отреагировал. Значит, ему небезразлично её мнение.

Он поставил одно колено на кровать.

– Никогда не стесняйся меня, Майя. Никогда. Слышишь?

Она попыталась улыбнуться.

– Пока не могу иначе.

– Хочу, чтобы ты раскрылась. Не прошу этого сейчас, но потом… Майя, скажи сразу мне одну вещь.

Майя всё же прикрыла грудь рукой. Не могла девушка вести беседы с голыми сиськами!

– Не знаю…

– Майя, – Вадим оказался близко. Очень близко. – Знаешь. Я просто хочу понять. Есть некоторые вещи в сексе, которые люди не приемлют вообще.

– А ты?

Майя судорожно пыталась сообразить, что ему ответить. Что он хочет от неё услышать! Какой ответ дать!

Вадим сменил положение, сев себе на пятки.

Он был возбужден. Она видела, когда он раздевался.

– Ты остановила меня, когда я хотел поцеловать тебя там.

До Майи не сразу дошёл смысл услышанного.

– Я думала, ты имеешь в виду себя, – честно призналась она.

Вадим покачал головой. Его лицо по-прежнему оставалось серьезным, собственная нагота не смущала мужчину.

– Майя, ты девочка. И я хочу, чтобы ты стала моей девочкой. Не просто на бумаге.

Его рука снова накрыла её ладонь и отвела от груди.

– Ты дерзила, выводила меня из себя. Мне хотелось наказать тебя. Даже грубо. Взять жестко, присвоить себе. Но ты… Ты же маленькая ранимая девочка, – он подался вперед, нагнулся и сомкнул губы на её соске.

Майя пискнула. Это было… остро. Его прикосновение, его ласка.

И его слова.

Все смешалось в дикий коктейль.

Девушка вцепилась пальцами в простыню, комкая её.

Вадим отпустил сосок и продолжил тихо говорить:

– Ответь мне, Майя.

Она облизнула губы. Её уносило всё дальше и дальше. Тело воспламенялось, отзываясь на одно присутствие Вадима рядом. Майя опасалась, что ничего не будет чувствовать.

Она ошиблась.

– У меня нет отвращения… Вернее, уверена, что нет, – она сбивчиво попыталась объясниться, краснея, – к тебе – точно.