Наотмашь

– Мне будет приятно, если мы начнем плотнее общаться, Майя. Тут и мой косяк. Мы женаты, а ты ничего не знаешь о моей семье. Самого элементарного.

– Но почему твоя мама представилась Алиной? Я, между прочим, сказала ей, что твоя жена, – обида снова проскользнула наружу.

Вадим сильнее обнял девушку. Одна из его рук легла на живот Майи, и даже сквозь обиду девушка улыбнулась. Кто бы только знал, как ей нравилось, когда он трогал её живот. Было в этом нечто… интимное. Куда интимнее секса. У Майи сразу же зашкаливал эмоциональный фон.

А это именно так и было.

Прошедшая ночь – тому подтверждение.

– Как ты смотришь на то, чтобы завершить завтрак на веранде?

– Положительно. К кофе что-то будешь?

– Нет.

Когда он разжал руки, Майя почувствовала легкое сожаление. Ей нравились его объятия.

Внезапное осознание накрыло с головой.

Да что ж за утро такое!

Может…

Майя даже замешкалась, не сразу пошла за подносом, на который планировала поставить их чашки.

Может, это снова во всем виноваты гормоны и чувства – внезапные, сильные – ни при чем!

И сердце, что заходится одновременно от радости и страха перед неизвестностью.

Она любит Вадима.

Любит…

Оттого что она это осознала, солнце не померкло на горизонте, и день не сменился ночью. После Рената она бежала от мужчин, все они казались лживыми и подлыми, от девушек им надо было только одно. Не умеющие ждать, добиваться. Быть надежной опорой.

Майя кое-как достала поднос. Вадим уже вышел на веранду. Вот и хорошо. Ей надо перевести дыхание."

"Пока ставила чашки, смотрела на его спину. Вадима отлично было видно через большие стекла. Очень удобно, что веранда примыкала к кухне.

Взгляд девушки задержался на плечах мужа. Ох… Она помнила, как их обнимать.

И хотела повторения.

Прямо сейчас.

На веранде Вадим поставил столик между кресел, успел откуда-то достать плед.

– Садись, – мужчина кивнул на одно из кресел, и Майя с готовностью в него опустилась.

Вадим сразу же закутал её в плед, чем вызвал ещё один сумасшедший поток огня по крови.

Сам сел напротив.

– Кофе, наверное, уже остыл.

– Как и твой чай.

– Вадим, расскажи.

– Алину взбесило, что она не в курсе. Вот и съязвила. Преподнесла всё двояко.

– Алина? Странно, что ты маму называешь по имени.

– Она нас бросила. Меня, Тима, отца, – Вадим говорил спокойно, на его лице не дрогнул ни один мускул.