На краю неба

— Знаю я, как ты скучал! — попыталась его оттолкнуть. — В объятиях своей блондинки!

— Какой блондинки? — Прижал ее к двери.

— Дима, отпусти, мне дышать нечем. — А он, гад, притиснулся к ней всем телом. — Дима… — сдавленно выдохнула. — У меня губы накрашены, не смей.

— Я вижу.

— Чего тебе надо от меня? Ну, подумаешь, переспали. Было и было, — затараторила она. — Чего ты там представление устроил? Не впутывай сюда родителей! Ты же знаешь, они нас потом задолбают! Не надо шутить при всех такие шутки! — выкрикнула от обиды.

— Ну, про «подумаешь, переспали» я уже слышал…

Дурацкое платье, хоть и короткое, стильное, изысканное. Пышное и плотное, под которым он не чувствовал нежности ее тела. Этот бант на плече лишний. Мешал трогать ее… Дурацкое платье…

— У меня губы накрашены, — беспомощно и тихо напомнила Катя, пытаясь втянуть в себя воздух.

— Мне нравится. Помада на губах — так по-женски, так вкусно…

Дал ей вздохнуть и поцеловал. Губы у нее сладкие, теплые.

Боялся потерять контроль.— Только не кусайся. — Отпустил плечи, сжал в ладонях лицо и поцеловал крепче, чтобы ярче ощутить ее вкус. Провел языком по губам, и Катя на миг забыла о неудобном положении, в котором оказалась, забыла, что от него ей нечем дышать.

— Хорошо! Ладно! Пойду я с тобой в ресторан, только отпусти меня! Отпусти и уходи! — яростно зашептала, сама не понимая, откуда нашлось сил, чтобы оттолкнуть его.

Он отступил и взялся за ручку двери.

— Дима! Ну, куда ты! — раздраженно встряхнула руками.

— Помада! — Взглянула на туалетный столик, бросилась к нему, достала из ящика салфетку. — Стой! — Вытерла ему губы.

— Фу, гадость, — скривился он, — ты вкуснее.

— Исчезни, Крапивин.

— Завтра в восемь вечера приеду.

— И звонить не будешь? Сразу приедешь?

— Звонить не буду. Приеду.

Глава 4

«В конце концов, я обещала ему только ужин, а не откровения заблудшей души», — рассудила Катя, садясь в машину к Крапивину.

Усевшись, девушка со вздохом сомкнула руки и уставилась на дорогу.

— Как настроение? — миролюбиво поинтересовался Дима, чтобы завязать разговор.

— Спасибо, прекрасно, — ответила Катя, вежливо улыбаясь. — Куда мы едем?

— В «Кроличью нору».

Дима вез ее в свое любимое место. Он считал, что гастрономия — это такое же искусство, как литература и живопись. Авторские рецепты и тонко продуманные сочетания были отличительными чертами кухни этого ресторана.