Мы мирные люди

— Помнится, ты о них говорила: «глаза болотного оттенка». Из Москвы, Галя. А ты все время тут?

— До немцев и после немцев... Но что же мы стоим и глазеем друг на друга! Пойдем.

Она решительно взяла Бориса под руку.

— Но куда же, Галочка? По правде сказать, я собирался пообедать.

— Туда мы и направляемся.

— В ресторан?

— Фу, какой глупый! Ко мне, а не в ресторан!

— А тебе это удобно?

— Прошу не задавать вопросов согласно правилам этикета. Прошу взять меня покрепче под руку, а не держать, как хрустальную вазу.

— Когда есть настроение.

— А у Алеши никогда нет настроения.

— Какой еще Алеша и при чем он здесь?

— При том, что он...

— Ты замужем?

— Даже второй раз. А кто твоя жена, Борис?

— Пока такой самоотверженной женщины не нашлось.

— Принципиальный холостяк?

— Нет, Галя, тут все серьезнее и сложнее...

— О серьезном и сложном после обеда.

— Может быть, несколько дней, а может быть, несколько недель.

Только! Во всяком случае, на это время можешь чуть-чуть в меня влюбиться.

У Мосальского дрогнуло сердце. Если бы Галя сказала это тогда!

— Между прочим, помнишь, как ты страшно зевала, когда один раз пошла со мной в театр? Вероятно, я очень скучный влюбленный.

— Ага! Признание, хотя и запоздалое! Но кто же виноват, что тебе было тогда восемнадцать лет и я при своих семнадцати считала тебя мальчишкой!

Так, весело болтая, они зашли в «Гастроном» и взапуски стали делать покупки.

— Сколько же человек у тебя сегодня обедает?

— Ты, я и Алеша.

Двери открыл сам Алексей Сергеевич Страхов, уже вернувшийся из редакции. Он увидел незнакомого человека с пакетом и очень оживленную жену.

— Что ты еще придумала, Галина?

— Ты видишь, кого я привела? Борис, неужели ты не узнаешь Алешку? Это же Страхов из «Большевистской смены»!"

"Страхов... Вот кто стал ее мужем...