Монстр

– Очень рад это слышать, – сказал он наконец, и весь воздух покинул мои легкие с одним отчаянным выдохом.

Я знала, что доктор Дойл хотел, чтобы я занялась другими, более законными и эффективными направлениями медицины, но в то же время знала, что у него много работы в клинике и ему нужна помощь.

– Я ужасно себя чувствую. – Я спрятала лицо в ладонях, качая головой.

– Не стоит. – Я услышала улыбку в его голосе. – Я желаю для тебя большего. Когда ты пришла ко мне в кабинет, как только узнала, чем я занимаюсь, и рассказала о мисс Бланшет, я сразу понял, как сильно ты увлечена этой работой, но даже не надеялся, что ты станешь работать здесь в полный рабочий день.

– А как же миссис Мартинес…

– Она переживет, – поспешил ответить он. Потом осознал, что это неудачный выбор слов, тихо посмеялся и добавил: – Я тебя сменю. У меня тоже есть соображения насчет ее лечения.

Я сглотнула ком в горле. Он замечательный врач. Меня беспокоили не его способности, а объем работы.

– А вы чем займетесь? – спросила я доктора Дойла, глядя на него сквозь пальцы.

Тяжелое обручальное кольцо все еще сильно ощущалось на коже. Казалось странным и чужеродным, но все же будто служило защитной мантией, в которую я не облачалась никогда прежде.

Доктор Дойл задержал взгляд на кольце с огромным сапфиром, но ничего не сказал, а только улыбнулся чуть шире.

Очевидно, он понял, что к чему.

Помолвка подразумевает брак, брак зачастую означает рождение детей, а мои будущие дети заслуживают, чтобы хотя бы одному из их родителей не грозил тюремный срок.

– Я тоже планирую в конечном счете сократить объем работы и для начала перестану брать новых пациентов. – Он бросил ручку на медицинскую карту, которую заполнял. – Знаешь, в последнее время я много и напряженно об этом размышлял. Почему мы всем этим занимаемся, – он обвел комнату рукой, – и пришел к выводу, что мы пытаемся искупить свою вину. Мы оба потеряли горячо любимых людей самым ужасным, болезненным образом, но это не наша вина. Пора избавиться от этого чувства, моя милая.