Монстр

Сэм:

Вот поэтому я никогда не хотел отношений.

Как бы там ни было, последнее сообщение ее задело, потому как она решила ответить.

Никс:

Никто не заставляет тебя быть со мной.

Сэм:

Это не совсем так.

Что-то и впрямь заставляло меня быть с ней. Моя неспособность держаться от нее в стороне. Было посильно не обращать на нее внимания, пока мы не оказались в одной постели, не начали проводить вместе время, а я не начал узнавать о ней больше. Киска – она и в Африке киска, а потому мне не составляло особого труда, закрыв глаза, представлять, как я трахаю Эшлинг, пока сам был в другой женщине.

Но теперь меня не устраивал никто другой, как бы сильно мне ни хотелось развернуться и уйти от нее.

Будет непросто, я буду доходить до исступления, и мне явно придется выходить из зоны комфорта, но я не мог не обладать ей, как ни старался.

Никс:

Может, пояснишь?

Сэм:

Нет.

Сэм:

Поужинай со мной сегодня.

Никс:

Не стану, пока не извинишься. Ты перевез мои вещи в свою квартиру, Сэм. Даже не спросив. Кто так делает?

Сэм:

Полагаю, это риторический вопрос.

Никс:

Теперь мы будем делать все по-моему. И, возможно, тебе это не понравится. Речь о моем комфорте, а не о том, чтобы тебе отомстить.

Сэм:

Ты уже и так мне мстишь. Я привык получать желаемое.

Никс:

Жизнь – жесткая штука.

Сэм:

И я тоже.

Никс:

Говоришь, как Хантер.

Так и было.

Я наконец-то понял, почему Хантер так одержим моей сестрой. Почему Киллиан никак не мог оторваться от Персефоны.

Было что-то притягательное в женщине, которая отдавала тебе всю себя.

И вкусив это однажды, становилось очень сложно отказаться.

Сэм:

Я в любом случае заполучу тебя.

Никс:

Это мы еще посмотрим."

"Вот только она не учла одного.

Уничтожить монстра может только другой монстр.

И я намерен поглотить ее целиком.

Семнадцатая

ЭшлингСледующие два месяца мы с Сэмом провели за этой своеобразной шахматной партией.

Каждый раз, когда он делал слишком дерзкий ход, я отступала.

Я заставила его попотеть. Напрячься так, как он не напрягался за все десятилетие.

Мне пришлось назначить цену за свою абсолютную преданность.

И этой ценой была любовь.