Монстр

Мы хотели, чтобы ты непременно связался с ней, а потому позаботились о том, чтобы ее адрес вел к трейлер-парку. Ты заглотил наживку. Когда ты позвонил Барбаре, мы с Эшлинг успели заранее дать ей все указания. Что говорить. Как себя вести. Мы не могли рисковать тем, что она себя разоблачит. Правда же, она отлично справилась с задачей? А к концу дня ты уже названивал издательствам и литературным агентам, чтобы свести ее с людьми, которые хотят услышать историю о гнусном Джеральде Фитцпатрике.

Он почти попал в точку, так что возразить мне было нечего. Я сыграл Эш на руку, и даже когда мы встречались, даже когда я был в ней по самые яйца, а она выкрикивала мое имя, даже когда говорила, что любит меня и предлагала мне себя на блюдечке, все это время она играла против меня.

Пыталась докопаться до правды.

А я был активным участником нашей психологической игры.

– Мы получили предложения от трех разных издательств, – кратко сообщил я, пытаясь понять, как им удалось осуществить последнюю часть плана.

Вот почему заголовок показался мне логичным. Потому что Барбара сказала, что приняла одно из предложений. Что напишет книгу откровений. План состоял в том, чтобы вынудить Джеральда умолять меня вмешаться. Я бы, в свою очередь, добился от него признания, слегка пригрозил бы Барбаре, заплатил ей за молчание и отменил всю затею.

А потом, в зависимости от озвученной Джеральдом версии о том, что произошло между ним и Кэт, я собирался пролить немного крови Фитцпатрика. Немного. Ровно столько, чтобы удовлетворить мою кровожадную натуру.

– Ты ни от кого не получал предложений. – Джеральд покачал головой. – Твои звонки издателям поступали прямиком на телефон Эммабелль Пенроуз.

Я почувствовал, как злость на моем лице сменяется отвращением. Меня провела не только Эш, но еще и эта ветреная Барби.

Будто услышав мои мысли, Джеральд коротко кивнул.

– Эшлинг не хотела, чтобы ты узнал ее голос. Она переадресовывала твои звонки на номер Эммабелль каждый раз, когда ты отправлял заявку. А как только так называемый контракт между Барбарой и выбранным ей издательством был подписан, ты оказался вне игры. Ты видел только контракт. Сам ты не разговаривал ни с кем из тех людей, с которыми говорила Барбара."

"Это правда.