Монстр

Я бы не стала исключать, что он на это способен – убедить самого себя, что может довольствоваться моей копией и забыть обо мне настоящей.

Сэм окинул Бекку взглядом и притянул ее к себе.

– Надеюсь на это, – прошептал он и чмокнул ее в губы. – В ней есть все, что я ищу в женщине. Красота, образованность, честность. Бонус: в семье у нее все в порядке.

Ревность уступила место злости, и я, со стоном отвернувшись от Сэма и Бекки, посмотрела на Хантера и Киллиана.

– В общем, я передала вам мамино послание. Дальше делайте, что хотите.

С этими словами я умчалась прочь. Смутно слышала, как братья называют Сэма придурком, отчего почувствовала себя еще хуже. Будто я объект для жалости. Глупая наивная девчонка, неспособная постоять за себя перед страшным серым волком.

Все равно я никогда не чувствовала себя частью их круга. Киллиан, Хантер и Сэм дружили меж собой, а Персефона и Сейлор были вхожи как вторые половинки моих братьев. Мы с Эммабелль всегда оказывались в стороне, будучи связанными с ними, но не посвященными в их псевдотайное общество.

Оставшуюся часть вечера я провела, играя роль идеальной дочери для своей матери. Слушала ее избитые шутки, смеялась, в нужный момент хваталась за голову во время ее долгих, скучных рассказов, фотографировала благотворителей и даже представила маму со сцены, когда пришло время выступить с речью.

Никто не посмел поинтересоваться, где Джеральд Фитцпатрик. Ни одна живая душа. Все негласно предполагали, что мои родители, как и всегда, переживают непростой период, и большинство гостей не придали этому особого значения.

Для примирения им достаточно было одного дорогого украшения и отпуска.

Весь вечер я не позволяла себе даже украдкой взглянуть на Сэма и Бекку, как бы ни было велико искушение.

Ему было несвойственно задерживаться на благотворительном мероприятии дольше, чем на десять минут.

А тем более приходить со спутницей.

Очевидно, что он затеял все это специально, чтобы помучить меня, и я не доставлю ему удовольствия, соглашаясь подвергаться этим мучениям.

Наконец, когда часы пробили полночь, я сказала маме, что поеду домой.

– У меня завтра утренняя смена. Увидимся утром. Мероприятие было чудесным. – Я поцеловала ее холодную щеку и пошла в гардероб, сжимая в руке помятый номерок, чтобы отдать его служащему в обмен на мое пальто от Armani.

Подойдя к замысловатой дубовой стойке, я обнаружила, что за ней никого нет.

Дверь позади оказалась закрыта.