Мокрое дело водяного

Время, когда термометр лежит в аптечке, не в счет.

– Мало кто постоянно пользуется градусником, поэтому батарейку редко меняют, отсюда она вечная, – влез в беседу Гарик.

– Да, – согласилась Энн, – но она не выдерживает температуры за сорок два градуса, выходит из строя.

– Надо нагреть Дегтярева! – предложил Гарик.

– Как? – поинтересовалась Нина. – Посадить его в горячую ванну? Или отправить в баню? Сауна в доме есть.

– Парилкой много лет никто не пользовался, – возразила я, – возможно, она уже не работает.

– Градусник в желудке, – уточнила Энн, – нужно довести его до предельного значения там.

– Чаю! – зааплодировала Нина и убежала.

Александр Михайлович насупился.

– Ладно, сначала я поем, а потом…

– Нет, нет, – остановила его Энн, – заливаем чай только в пустой желудок.

Дегтярев потянулся к пирогу.

– Не понял.

Гарик схватил тарелку, на которую полковник успел положить салат.

– Нельзя нажираться.

– Давайте будем вежливы по отношению друг к другу, – попросила Марина, – угощаться, откушать, поесть, отведать, трапезничать… Существует масса глаголов, «жрать» из них наиболее грубый.

Гарик сложил руки на груди.

– Александр Михайлович, тебе нельзя сейчас угощаться, откушать от пуза, отведать до рыгания, натрапезничаться по уши, нахлебаться, как поросенок, наесться, как удав!

Полковник исподлобья взглянул на подкидыша.

– Тридцать шесть ровно, – прочирикал термометр.

– Саша остывает, значит, он сердится, – промямлила Марина и ушла.

– Некоторые люди всегда убегают с поля боя, – констатировал Гарик.

– Если желудок будет полон, то мы не сможем нагреть источник энергии, – пояснила Энн, – пища помешает. Дядя Саша…

– Тридцать пять и восемь, – сообщил голос из живота."

"– Уже бегу, – крикнула Марина и влетела в столовую с ворохом вещей в руках, – котеночек, надень кофточку, носки шерстяные, укрой коленочки пледом.

– Не хочу, – тоном, который не предвещал ничего хорошего, возразил толстяк.

– Милый, – принялась уговаривать его наша кулинарка, – я предлагаю тебе выгодные условия.

– Соглашайся, – посоветовала я, – очень заманчивое предложение.

Дегтярев почесал нос.

– Сейчас я не ем! Одеваюсь по полной, нахлебываюсь горячего чая, градусник ломается, я раздеваюсь и ем солянку. Так?

– Да, – хором согласились все.