Морозов. Книга 4

Я же встал из-за стола и направился в номер. Собираться на встречу.

* * *Машина прибыла через полчаса. И на экране телефона высветилось сообщение от Вагош:

""Карета подана, князь. Спускайтесь"".

Я подхватил стоявшую в углу косу и вышел из номера.

Авто уже стояло на парковке. И едва я подошёл, двери поднялись, приглашая меня сесть. Видимо, система была настроена на распознавание по лицу. Я хмыкнул и сел за руль, положив уменьшившуюся косу на пассажирское сиденье.

Двери с шипением опустились, на навигаторе высветился маршрут, и машина выехала с парковки.

— Желаете посмотреть фильм, Михаил Владимирович? — послышался из динамика на приборной панели голос Вагош. — Есть прекрасная подборка русских сериалов и фильмов.

""Желаем"", — поспешно ответил за меня наставник.

— Желаем, — подтвердил я, и на приборной панели засветился небольшой экран, на котором появился список фильмов и сериалов.

— Выбирай, — разрешил я Александру. Ткнул на название, которое озвучил наставник и откинулся на спинку чертовски удобного сиденья.

Загородный дом Вагош располагался в одном из элитных поселков. Машина остановилась перед домом, спрятанным за высоким глухим забором из каменных блоков. Деревянные, обитые металлом ворота открылись, пропуская авто на территорию.

Вагош уже ждала меня на крыльце. И заметив меня, она тряхнула головой и улыбнулась:

— С прибытием, князь. Как дорога?

— На такой машине я готов ехать хоть на край материка, — ответил я, выбираясь из авто. Захватил с пассажирского сиденья косу и закрепил ее за спиной.

Прошел по мощеной зелёным камнем дорожке, поднялся по ступеням. Девушка хитро улыбнулась и открыла передо мной:

— Прошу, князь.

Я вошёл в гостиную. Комната оказалась просторной. Если бы я не жил в особняке Морозовых, то был бы впечатлен размерами. Однако меня больше поразила отделка комнаты. Огромные окна забранные цельными кусками стекла казались нереальными. Они создавали ощущение, что вокруг нет дома, а мы находимся на террасе. Высокий потолок белого цвета словно светился, и я не сразу понял, что тот был отделан перламутром.

Пробковые полы мягко пружинили, поверх них были наброшены ковры из пестрого шелка. Стены оказались обиты тканью с вышивкой золотой нитью. Узорчатая мебель из темного дерева выглядела почти игрушечно. Но при этом даже не скрипнула под моим весом. Вместо люстр в воздухе покачивались фонари, похожие на бумажные, в который мерцал свет. Девушка хлопнула в ладоши, и они поднялись высоко под потолок, чтобы там застыть.